Вирус лжи

 — Олег наконец заметил несостоятельность своего костюма. — Наташ, где мои джинсы?

— Я в стирку бросила, возьми другие.

Они общались так, словно были уже много лет женаты, и это доставляло им видимое удовольствие. Генка вздохнул, их с Машей разговор простым не назовешь, и до такой вот близости им пока еще как до звезды. Но он намерен пройти этот путь, потому что Маша ради него едва не убила Олега, а это не что попало.

— Как думаешь, а муж этой Юлии… он замешан?

— Маш, я его считаные разы видел — вроде нормальный дядька, но дело в том, что мы сейчас в таком положении, что ничего не можем утверждать наверняка.

Навстречу им по лестнице поднималась Диана.

* * *— Юля, ты сошла с ума.

Дмитрий Озарянский огляделся. Помещение, где он оказался привязанным к стулу, наполнял равномерный гул, доносящийся откуда-то извне. И возникло ощущение, что он глубоко под землей — он и сам не мог объяснить, отчего возникло такое ощущение, но отчего-то он был уверен.

— Юля!

Жена повернулась к нему — ее лицо, которое когда-то поразило его совершенством линий и пропорциями, и сейчас выглядит идеально.

Зато теперь он все увидел — и ужаснулся. Как он мог жить с ней в одной квартире, ложиться спать в одну кровать, завтракать с ней по утрам, перебрасываясь вежливыми, ничего не значащими фразами — как он мог не замечать?! Но ведь не замечал, потому что не хотел, и некогда, и вообще незачем. Ведь свою-то жену знаешь отлично, зря, что ли, прожил с ней столько лет?

А теперь Юля стоит перед ним в полутемном каменном мешке, и Дмитрий понимает, что перед ним сама Смерть.

— Но почему?!

Глумливая ухмылка поползла по губам, нарушила совершенство линий этого лица, искусно отреставрированного хирургами, — и проступила настоящая сущность, от созерцания которой Дмитрий содрогнулся.

— Почему? Отличный вопрос. — Юлия кивнула, словно одобряя любознательного студента. — Ну, потому, например, что ты отличный кандидат на роль оборотня с пробиркой.