Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

Мало того, меня охватил азарт, возможно, дело в том, что я впервые наблюдаю за регулярным сражением и к тому же весьма заинтересован в его исходе.

– Привыкайте, вы военный, а не клирик… – посоветовал маршал, – хотя клирик клирику рознь. Брат Пьетро вряд ли сейчас думает о Создателе.

– Но Создатель пребывает с ним, – Фурис тоже навел трубу на дорогу, где пока все шло тихо и мирно – анастасов отряд месил грязь, окружающие поле рощи молчали, успешно притворяясь пустыми и безжизненными. Оставалось только подождать, совсем-совсем немного.

2Лукаса Валентин все же уважил. Заняв место главы семейства, герцог справа посадил братьев, а слева – старейшего родича с супругой, между которыми было место Арлетты. Позевывающий Арно вклинился между Клаусом и Питером, а дамы Альт-Гирке расположились на второй скамье.

Сопел, готовясь возрыдать, орган, двое мальчиков-служек торопливо зажигали свечи, но бьющий в окна дневной свет делал огоньки невидимыми. Яркие, чуть голубоватые от витражей лучи падали на плиту возле Рассветных врат; казалось, изображенный на ней спрут в самом деле всплывает из своих глубин.

– Я тоже боялась, – призналась Маргарита-Констанция. – У нас самый ужасный герб в Талиге.

– О да, – подтвердила Арлетта, – это уж-жасно.

– Величие часто пугает, – отлично слышащий, как графиня Савиньяк и предполагала, Лукас отцепился от внучатого племянника и бросился на защиту всплывающей гадины.

Вы знаете, какое мужество выказал в последние свои дни мой покойный племянник, что несколько искупает его былые проступки. Смею заметить, я бы вынес больше, но я никогда бы не выдал палачам супругу и детей.

– Вот как? – мурлыкнула графиня, радуясь, что Валентин встал, приветствуя внушительного отца Мариуса.

– Тот, кто носит с собой смерть, не боится мук и позора. – Болван с безупречной родословной нес чушь, чуть ли не дословно повторяя дидериховых бастардов.