Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

Как ни тошно, рассчитывать приходится лишь на Селину, вернее, на то, что ей взбредет в голову половить бесноватых, а Ворон с этим согласится, а то и прикажет, не зря же он привозил сюда Герарда.

Чарльз поправил шляпу и, подавая пример, шагом двинулся навстречу карете его высокопреосвященства, как раз выкатившейся из-за вдававшегося в холмы елового мыса. Прошлый раз Бонифаций был верхом, и не один, а с супругой, которую Давенпорт толком так и не разглядел; встреча вышла сумбурной и при этом радостной, может, потому, что Чарльз не гадал и не надеялся увидеть свою любовь.

Передовые «фульгаты» поднесли руку к шляпам и сдали в стороны – узнали, да и мародеры от Старой Придды шарахаются, как выходцы от Адриановой эсперы. Кучер осадил крепких лохматых коней, это явно было приглашением, и Чарльз послал полумориска к карете, в окошке которой показалась могучая длань. Его высокопреосвященство велел лезть внутрь, и капитан Давенпорт успешно влез, хотя при поднятой подножке это было непросто.

– Выгнал дармоедов, – объяснил он, поймав взгляд Чарльза. – Надоели хуже, чем слепни мерину; те хоть пьют кровь и жужжат, да друг на друга не доносят. А супруга моя при делах важных, так что один я средь ханжей да зануд, касера же без родной души пивом отдавать начинает. Ты, чадо, зачем ко мне послан?

– Монсеньор велел вас встретить… должным образом.

– О! – Бонифаций знакомо поднял палец и тут же почесал им нос. – Дельный приказ, ну да сам старый волчара каков! Один ты или с помощником?

– Со мной адъютант монсеньора, капитан…

– И опять хорошо. Пусть твой капитан нетель блудную в стойло отцовское вернет, а ты меня в Приддену сопроводишь. Утром, коли встать сможешь, отпущу. Уразумел?

– Только про Приддену. – Если Мелхен не здесь, почему б и не выпить? – Ваше высокопреосвященство, ее светлость приглашала ко двору… дочь генерала Вейзеля.

– Все мы должны Создателю и более никому, а девица сейчас с супругой моей, она Мэллицу сию и привезет.

2"

"Приличные капитаны к генералам в объятия не бросаются, и разогнавшийся было Арно не только успел себя осадить, но даже щелкнул каблуками.

– Господин генерал, – по всей форме отчеканил он, – прошу разрешения обратиться к вам по личному делу.