Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

– Ваше высочество, – совершенно некстати прошипел почти в ухо аспид, – ради Создателя, осторожно! Здесь две ямы. Непростительная небрежность, чтобы не сказать – небрежение.

– А вы скажите, – посоветовала алатка, разглядывая скругленные колдобины, словно бы продавленные здоровенными валунами. Судя по отсутствию снега, они возникли не поздней вчерашнего вечера. – Называть вещи своими именами легко и приятно.

– О да! – подхватил преподобный репей. – Я не премину довести до коменданта Аконы, что доброе начинание, не будучи доведено до конца, веселит не Создателя, но Врага.

Объяснять, что рисковал сам Эпитан, Матильда не стала, хотя «споткнуться», уронив при этом заботливого епископа, и хотелось. Ничего, спихнуть ханжу в какую-нибудь ямину не она, так благоверный еще успеют. Ее высочество благополучно преодолела искус и, задрав подбородок, выплыла к гарнизонной церкви.

– Храмовую площадь, – немедленно завелся вице-епископ, – следует расширить.

– Талиг еще не оправился от понесенных утрат, – изобразила сомнение принцесса, прекрасно понимая, что сейчас услышит. И, разумеется, услышала."

"– Обрушившиеся беды, – возвысил голос нацелившийся на Акону умник, – были предупреждением.

– Чтобы ее отвратить, – елейным голосом уточнила Матильда, – мы должны перестроить этот храм?

– Не только и не столько! – в водянистых глазах вспыхнул памятный по Агарису и Гидеоновой обители хомячий огонек.

– Неужели? – умница Рудольф доннервальдца к себе приблизил не зря. – Я не знала.

– Среди прочего Тит согласился поставить служение Создателю ниже сиюминутных армейских нужд.