Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

– Погоди, – в долетающую со льда выспренную чепуху лучше не вслушиваться, – мэтр умер если не от сердечной болезни, то от яда.

– Именно, – Придд поворачивается к очень кстати передислоцировавшимся птицам. – Они разочарованы, особенно лебеди… Как ты помнишь, в отношении яда из кольца Маргариты-Констанции неоднократно высказывались сомнения.

– Еще бы! Отрава могла выдохнуться или вообще оказаться каким-нибудь сахарком.

– То есть с этим была полная неопределенность, а молодой граф Гирке предпочитает действовать наверняка.

– Ну, в общем да, передал. – А теперь, не оборачиваясь: – Давай я за Раньером сбегаю?

– Не стоит, мы скоро отсюда уйдем, Питер – как хочет."

"– Как знаешь. – Приглядывать за паршивцем лучше незаметно для него.

– Трудно сказать, язык довольно-таки сложный, но начну сегодня же.

– Каков будет ваш ответ, герцог? – Питер шагает вбок и вперед, и снова вбок и вперед. Похоже, решил, что его не слышно.

– Ваша жизнь принадлежит вам, можете делать с ней что хотите.

– О нет! – Домашний, не по росту одетый мальчик взмахивает руками и вновь скрещивает их на груди.

– Питер!.. Монсеньор!.. – истошный даже не крик, вопль, и тут же шорох осыпающегося снега. По склону напрямик, чуть ли не кувырком, несется полуодетый Клаус. Ну вот и все братья Придды здесь, хотя некоторым бы лучше сидеть дома.

4Холодно. Очень холодно, зыбко и серо. Пара изо рта почти не видно, глянешь в окно – оттепель, выйдешь из дома – зима, и какая злая! К ночи наверняка завьюжит, так что уехать поутру может не выйти, даже если все обойдется. «Обойдется?!» Оно уже обошлось, и нечего каркать.

– …подобной спешки. – Лукас в своих мехах кажется вздумавшей резонерствовать сосной. – Я исполню свой долг, хоть он мне и неприятен, и потребую от Валентина отменить эту нелепицу.