Веселый Роджер

Не смей говорить об одиночестве, когда рядом такая чудесная женщина. Она тебя любит до безумия.

– Мать жалко, зря я вообще ей сказал. Она теперь все время плачет, так что перед ней приходится делать вид, что в порядке. Какую-то хрень втирает про реинкарнацию души, пф!

Добро пожаловать в мой мир, Кустов.

– Я не буду ее таскать с собой по клиникам. – Голос Артёма звучит твердо.

Очко в его пользу. Я маму таскал целый год за собой по реабилитациям, никуда без нее. Правда был младше лет на десять, это считается за оправдание? Со мной мама хлебнула, уж поверьте.

– Да и зачем?! Ради чего, Вера?! Меня все бросают, используют и бросают. Дело же не в московской прописке, ты не такая. Скажи, что все, что было между нами, – происходило по-настоящему.

– Конечно, по-настоящему. Я берегла тебя, как могла, но вот видишь, не уберегла в итоге. Во мне нет того, что тебе требуется от женщины. Я тебя не удержала. Но ты найдешь ту, которая сможет. Обязательно.

– Ты же минус? – вдруг спохватывается Кустов.

– Вот сегодня как раз скажут точно.

– Слава Богу! Лучше мне сдохнуть в муках, чем знать, что ты из-за меня… Я не хотел, ты ведь это понимаешь? Я бы ни за что не подверг тебя такой опасности, если бы знал. Я не мог даже подумать… Я столько всего переосмыслил за последнее время. Чем еще заниматься в четырех стенах круглосуточно?

– Тёма, я на тебя не злюсь, честно. Давно все простила. Давай отпустим обиды и попробуем жить дальше, будто этого гадкого прошлого между нами не было. Впереди длинная жизнь, и я уверена, что смогу забыть и относиться к тебе хорошо.

– Вот скажи с точки зрения женщины: ты бы смогла принять меня с плюсом?

– Артём, этот разговор ни о чем. При чем тут я вообще? У нас ничего не вышло, мы слишком разные. И мне пора. Правда, очень тороплюсь.

– Послушай, Верик, у тебя же с ним ничего не было. Знаю, что не было. Он не может. Ну, совсем не может. Так, за ручки держитесь, да?

Я, без шуток, собираюсь уже зайти в комнату и забрать Веру, пока этот разговор не перешел на новый уровень, ненужный мне, но в этот момент замираю, чувствуя, как стыд ударяет запрещенным приемом прямо по яйцам.

Теряюсь на мгновение, потому что обескуражен. Слушаю против воли продолжение:

– Еще два слова, пожалуйста, и пойдешь… Это важно. Белов хороший парень, правда, очень хороший, но с ним всегда только проблемы.