Вершитель

Алекс вернулся уже через несколько минут, таща большой поднос с едой. Поставил его на щербатый столик рядом со мной и уселся прямо на пол, подогнув ноги.

– Рассказывай! – воскликнул он. – Ви, ты не представляешь, как я рад тебе! Ты сбежала, и никто не знал, где тебя искать! Где ты была? Что делала? Ты ешь, ешь, я совсем тебя заболтал!

Я с удовольствием откусила теплый бок сладкой выпечки, сделала большой глоток напитка. И то, и другое оказалось восхитительным, и я изумилась, откуда в такой халупе подобные яства.

Может, Алекс это все в городе покупает? Хотя по вкусу казалось, что сдобу только что достали из печи. Но додумать мысль не успела, сраженная очередным потоком вопросов.

– Да погоди ты, – рассмеялась я, проглотив кусочек. – Я уже оглохла! Ты живешь здесь один? Наверное, совсем одичал, раз так набрасываешься с разговорами! Лучше скажи, я могу остановиться у тебя на несколько дней? Я оказалась в сложной ситуации…

– Конечно! – вскричал парень, подпрыгнув. – Какие вопросы, мы же друзья! Еще кофе? Подожди, я мигом!

Он снова вскочил, выхватил мою чашку и унесся.

Я проводила его слегка растерянным взглядом. В больнице Алекс не казался мне таким… восторженным. Да и друзьями мы не были, если честно, мне просто было его жаль, потому что парня упорно не замечали все остальные обитатели белых комнат. Поэтому я иногда садилась рядом с ним и слушала его рассказы.

Я покачала головой. Бедняга. У него все совсем плохо. Живет один в этом ужасном доме, одичавший и неприкаянный. Наверное, разговаривает сам с собой.

А что будет зимой? Что-то я сомневаюсь, что в этой лачуге есть отопление. Алекс станет жечь костер посреди дома? Сжигать старую мебель? Надо убедить его перебраться в город, хотя бы в благодарность за приют.

А пока я рада, что у меня этой ночью будут хоть такие обшарпанные стены. Все же это лучше, чем ночевать где-нибудь под мостом. И парню я улыбнулась вполне искренне, когда он вернулся.

– Ты не рассказала, прошли ли твои приступы, – небрежно обронил он, ставя на столик очередной поднос.

 – Ты все еще принимаешь мелоний?

– Вряд ли я когда-нибудь избавлюсь от них, – кивнула я, принимаясь за третью булочку. – А лекарство помогает мне уснуть и не видеть кошмары, ты же помнишь, как они меня мучили.

Алекс сочувственно кивнул. Я улыбнулась, махнула рукой.

– Но хватит обо мне! Расскажи лучше о себе! Как ты жил, что делал? Все еще собираешь новости о случайностях?

Парень безмятежно кивнул.

– Я люблю случайности.