Вершитель

Дома были самыми обыкновенными – с трещинами и ржавчиной на решетках. Никаких цветов, красноглазых и любителей сырого мяса.

Все. Финиш. Я сошла с ума.

Окончательно.

– Вас что-то удивляет? – мягко уточнил Дагервуд.

Я промолчала. Язык не поворачивался сказать.

– Что-то напугало, Виктория? – безмятежно поинтересовался мужчина. – Я решил, что вы участвуете в спринтерском забеге.

– Готовлюсь к олимпиаде, – буркнула я. – Тренируюсь на досуге.

Он тихо рассмеялся. Этот негромкий низкий звук был таким… чувственным. И как-то резко я осознала, что нахожусь с ним в замкнутом пространстве автомобиля.

– Мне показалось или я велел вам архивировать документы, Виктория?

– Я все сделала, – вскинулась я. – И вы не говорили, что мне нельзя покидать особняк.

– Правда? – Дагервуд повернул голову.

Я нахмурилась, пытаясь выглядеть бодрой. Черт, от его взгляда я даже забыла о своих страхах и непонятных видениях. Если, конечно, это были видения.

– Думаю, что мои слова были весьма конкретными, Виктория. Не делать ничего без моего ведома. Не уходить из дома без моего разрешения. Не шататься по городу, если я не позволил вам это.

– Знаете что, я не собака на поводке! – вспылила я.

– Кажется, это вы пришли ко мне с просьбой. И сами предложили мне услуги. Я принял их на своих условиях. – Он снова смотрел на меня, а не на дорогу, это слегка нервировало.

Или даже не слегка. Особенно, если учесть, что стрелка спидометра упорно наклонялась вправо.

– Вы не могли бы смотреть, куда едете? И снизить скорость?

– Не переживайте. Мы не разобьемся, – спокойно ответил Дагервуд, но все же отвернулся, лениво перевел взгляд на дорогу. – Так что вас так напугало?

Я сжалась на своем сидении.

– Ничего.

Дагервуд качнул головой, словно досадуя на мою неразумность.

– Знаете, я не люблю повторять, – с ленивой угрозой протянул он. – Но вы вынуждаете. Если я спрашиваю, вы отвечаете. Сразу и правду. И больше не делаете того, что может вызвать мое недовольство.

– Не то что? Вы меня станете бить? – против воли буркнула я. Не знаю, почему мне так хотелось его разозлить? Может, я в результате стресса лишилась чувства самосохранения? Или остатков разума…

Дагервуд вновь посмотрел на меня с удивленной насмешкой.

– Зачем? Есть куда более действенные способы. К тому же, боюсь, вам это и не поможет. Мы приехали.

– Куда? – не поняла я, вертя головой.

– Туда, куда вы так стремились попасть. Виктория.