Вершитель

Меня встряхнуло, как от удара электрического тока, и я неотвратимо начала погружаться в столь ненавидимую мною тьму. Сквозь темноту услышала резкий оклик господина Дагервуда.

– Фэллан!

Лишь имя, но блондин тут же выпустил меня из рук и мгновенно оказался на другом конце «лепестка». Так же, как и брюнет. Как они проделали это так быстро, я не поняла, потому что пыталась найти себя в той тьме, что пожирала меня. Она была сильнее, она отхватывала от меня куски, грозя не оставить и ошметков.

– Не понял, она что, человек? – словно сквозь вату услышала я голос блондина.

– Виктория! Смотрите на меня! – властный голос. Черт, какой у него властный голос. Наверное, такой голос мог бы принадлежать какому-нибудь средневековому диктатору, потому что даже моя тьма отступила, подчиняясь ему. А я обнаружила себя вцепившейся белыми пальцами в металлический поручень, правда, понятия не имею, как оказалась около него. И рядом, в воде, был Дагервуд. Он смотрел, но не прикасался, сохраняя между нами дистанцию в полметра.

– Спокойнее. Вдох. Выдох.

Я подчинилась, не сводя настороженных глаз с его лица и как-то заторможенно отмечая, что в бассейне он находится в одежде. В черных брюках со стрелками, туфлях и белоснежной сорочке с платиновыми запонками. Отличный наряд для водных процедур.

При этом самого Дагервуда это совсем не смущало, он по-прежнему выглядел высокомерным тираном. Хотя я вообще не могу представить себе того, что его способно смутить.

– Все хорошо, – с трудом выдохнула я. – Мне… лучше.

Дрожащей левой рукой провела по покрытому испариной лбу, правой все еще цепляясь за поручень. Причина моего состояния, то есть Фэлл, стоял наверху, возле мягкого шезлонга, и хмуро переглядывался со своим черноволосым другом. К счастью, на бедрах обоих парней уже были намотаны полотенца.

– Вы сможете выйти из бассейна, Виктория? – голос Дагервуда звучал спокойно и вежливо, словно мы непринужденно общались за завтраком.

Конечно, не сможешь. Еще одно прикосновение за сегодняшний день я могу и не пережить.

– Да, – процедила я, хотя вовсе не чувствовала такой уверенности. Но что мне оставалось делать? Не болтаться же в этом бассейне до скончания времен?

Обеими руками вцепилась в поручень, выдохнула. Подтянулась, ощущая противную слабость и дрожь во всем теле.