Вершитель

Например, от меня никто уже не ждет адекватности, это очень облегчает жизнь! Можно гулять по крышам, есть мясо с повидлом и задавать глупые вопросы! На самом деле, безумие позволяет быть собой, господин Дагервуд, и не бояться осуждения.

Он повернул голову и уставился на меня, а я смутилась и, кажется, покраснела. Черт, ну зачем я все это ляпнула?! С чего решила с ним откровенничать, словно мы добрые друзья? Может, потому что на мне все еще было его пальто и его запах? И он как-то тлетворно влиял на мой мозг, превращая его в жидкую кашу.

Я насупилась и отвернулась.

– Скрифу можно жить в Терре, – неожиданно ответил Дагервуд, и я вновь посмотрела на него. Он хмурился и мыслями был где-то далеко. – Вокруг всегда слишком много тех, кто желает избавиться от чувств. Он делает это. Иногда.

– Ну да, забирает чужую любовь, – я закусила губу, глядя на проспект за окном. Там сверкали рекламные щиты, у здания театра волновалась взбудораженная толпа, сигналили автомобили. Терра. Обычная и понятная жизнь, которой проживают миллионы.

Но не я.

– Да, – обронил Дагервуд.

Да. И Рик просил Скрифа сделать это с ним. Забрать любовь ко мне, избавить от чувств. Почему? Где он, мой друг и защитник, почему не со мной? Черт, что случилось с нами? Я еду в чужом автомобиле с чужим мужчиной, к которому испытываю странную и болезненную страсть, но ни капли не доверяю. А Рик ищет того, кто избавит его от привязанности ко мне.

Стало горько. Все это было так… неправильно! Разве не должны мы были все преодолеть, а потом жить долго и счастливо?

– Если вы собрались реветь, то потерпите до особняка, – холодно сказал Дагервуд.

Я зло фыркнула, но плакать перехотелось. И мысли о том, что с Дагервудом можно приятно поболтать – испарились без следа. Он мне не друг, и хорошо, что напомнил об этом.

Глава 23

Влад заглушил двигатель и посмотрел на девушку, что свернулась на соседнем сидении. Ви уснула. Просто уснула, прижавшись щекой к кожаному подголовнику. Она напоминала ему кошку – красивую, свободолюбивую и немного дикую, которую так хочется погладить по мягкой шкурке.

Дагервуд никогда не любил кошек.

Возможно потому, что желал доминировать в любых отношениях, а пушистые хищницы этого не терпят. Они лишь позволяют любить себя. И то, если повезет.

Виктория во сне вздохнула, и ее вдох коснулся щеки Влада. Он и не заметил, когда наклонился так близко к ней.