Вернуть любой ценой

 – Я вас нашел и теперь никогда никуда не уйду.

«По крайней мере от тебя, сынок», – добавляю мысленно.

– А твой дом далеко? – бесхитростно интересуется ребенок. – У тебя там есть игрушки? А мультики?

– Мультики организуем, не вопрос, – соглашаюсь я и добавляю задумчиво. – А игрушки едут пока. Завтра, наверное, мы их днем встретим.

– Да?! – радостно восклицает малыш. – Это дед Молоз нам везет? Или кто? Я не понимаю.

Разводит ладошки в разные стороны. А у меня сердце разрывается от счастья.

– Дед Мороз везет подарки хорошим детям, – наставительно замечает Лиза.

"– Ты первым начал, или дал сдачи? – уточняю я строго и все пытаюсь в темноте разглядеть личико полусонного малыша.

– Сдачи, – вздыхает Даня. – Костя Дроздов первым начал.

– Так ты Дрозда укусил? – уточняю весело. – За это двойной подарок положен, знаешь?

– Ага! – тут же соглашается малыш. – Он мне на руку наступил.

– Дед Мороз тебе обязательно подарки принесет, – убеждаю я ребенка.

– Правда? – весело подхватывает он.

– Конечно, – уверяю я порывисто.

– Витя, – предупреждающе бросает Лизавета.

Ну что за человек! Вечно весь кайф обломает. И никуда от нее не денешься. Да и кто я такой, чтобы отрывать ребенка от матери? И только сейчас начинаю понимать, в какой переплет я угодил. Хочешь, не хочешь, а придется жениться на этой стерве. Иначе взбрыкнет, и я потеряю сына.

Глава 4

Глава 4

Лиза

– Проходи, располагайся, – небрежно роняет Витя, пропуская меня в дом. Щелкает выключателем, наполняя пространство красивого богатого дома ярким светом.

Чувствую себя здесь случайно приблудившейся замарашкой. Нищенкой! Которую и на порог пустили из жалости. Или из-за ребенка.

– На втором этаже выбирай любую спальню, – кивает на лестницу Торганов. – Там все комнаты гостевые.

– А ты? – охаю порывисто.

– Приготовлю пока ужин, – криво усмехается он. – Потом, когда Богдана уложим, поговорим.

– Он – Данияр, – лепечу неловко.

– Красивое имя, – ощерившись, испепеляет меня взглядом Торганов. И я безошибочно считываю его чувства.

Ужасная ситуация! Человек даже не знает, как зовут трехлетнего сына. И в этом целиком моя вина.

– А может сам покажешь, где нам обосноваться? – спрашиваю смущаясь. Сейчас любое действие лучше затянувшейся паузы.

– Пойдем, -будто что-то решает для себя Торганов. И улыбаясь, предлагает сыну. – Даня, давай кто первый на второй этаж!

Естественно, дает фору. И потом поднимается следом.

– Я первый! Папа! Я первый! – весело тараторит малыш.