Верная гончая

Координация меня больше не подводила, и я к собственному ужасу осознала, что гибкое тело, острый слух и ещё несколько собачьих возможностей мне очень даже нравятся.

Что называется, докатились!

В комнате было темно, но и это для меня не оказалось проблемой. Я отлично различала предметы в темноте, разве только точный цвет определить не смогла бы. Ранделл вошёл следом за мной и тихо щёлкнул пальцами, спальня тут же озарилась несколькими яркими огоньками, расположенными на четырех стенах под самым потолком.

– Устал, – обречённо признался хозяин и тяжело опустился в кресло.

То ли от того, что он относился ко мне по-человечески и искренне переживал, то ли собачья сущность вновь взяла надо мной верх, но я подошла к нему и положила голову на колени.

Хозяин едва слышно усмехнулся:

– Никогда не думал, что домашние питомцы бывают такими, – не понятно чему удивился он, и я посмотрела на него вопросительно.

Ранделл мягко улыбнулся и провел рукой между моих ушей:

– Чуткими, – пояснил он.

 – Я всего лишь сказал, что устал, а ты тут же решила выразить поддержку.

От неожиданности таких выводов чуть не начала смеяться, благо вспомнила, что в собачьей шкуре смех будет выглядеть несколько специфически. Это, скорее, мне нужна его поддержка, а не наоборот, вот я и тянусь к тому, кто не отталкивает и опыты странные не проводит.

Мои мысли он естественно не прочёл, а потому прикрыл глаза и облокотился на спинку кресла.

Я тоже хочу. Ножки вытянуть, в кресле посидеть, или вовсе на кровати поваляться.

И вообще, мне холодно, камин потух, а за окном опустилась ночь, и в комнате стало довольно свежо! Не зная, как донести до хозяина свою мысль, вздрогнула всем телом и жалобно посмотрела на расслабленное лицо. Он на мой немой призыв не отреагировал вообще никак. Вздрогнула сильнее и выговорила что-то вроде несчастного «ау», но Ранделл глаза так и не отрыл, только уголки губ чуть приподнялись.

Так он надо мной издевается?!

И в подтверждение моей догадки хозяин тихо произнес:

– Я ненароком подумал, меня пожалеть хотела, а ты выпрашиваешь, чтобы тебя погрели!

«А чего тебя жалеть?!» – хотела возмутиться, да только рассерженно засопела.

– Пошли, – со смешком выдал мужчина и встал на ноги.

Не знаю, как там положено у аристократов, а то, что Ранделл относится именно к ним, сомневаться не стоит, но разжигать камин явно в его обычные обязанности никак не входит.