Верная гончая

Квор от удивления подскочил на месте и взмахнул руками:

– Шутишь? Этого не может быть!"

"Король скривил губы в усмешке и едко проговорил:

– Я похож на шута?

Блондин передёрнул плечами и сконфуженно пролепетал:

– Нет, но… Камень – легенда! Ты уверен, что это именно его осколок?

Кажется, кому-то сейчас укажут его место под лавкой!

– Квор, я не буду ничего доказывать, можешь сам убедиться, – Лерой поднялся со своего места и подошёл к одной из картин на стене.

Вот где чудеса техники. Никаких тебе кнопочек и шифров, только взмах руки, искрящийся маленькими молниями воздух и в руках величества оказался фиолетовый ларец.

Мягкое сияние витало вокруг крышки, а когда мужчина поставил его на стол и открыл, я почувствовала, будто кто-то клещами вцепился в моё сердце и рванул его из груди. Вой и стон смешались воедино, а здравой мыслью, которая отчётливо билась в голове, было: «Садисты-испытатели!»

Кажется, кто-то оказался рядом, поглаживая по голове, а кто-то шептал странные фразы, и только спустя, как мне показалось, вечность, разрывающая на части боль утихла, и я подняла мутный взгляд на Ранделла, который сидел рядом со мной.

– Теперь ты не сомневаешься, Квор? – едко поинтересовался Лерой и, сменив тон, прошептал: – Извини, Таша, пришлось испытывать на тебе.

Укушу, обязательно укушу, вот только станет немного легче.

– Животные ярче чувствуют губительное влияние камня, в то время как из человека он может тянуть жизненные силы несколько месяцев, постепенно ослабляя организм и подводя жертву к черте загробного мира, – будто для меня пояснил Ранделл, и я благодарно ткнулась мордой ему в руку.

Слушай, хозяин, забери меня отсюда, я даже из миски на полу готова есть, лишь бы больше никаких опытов. А то сначала «переход» этот, теперь испытание как над лабораторной мышью!

Мужчина ласково провел рукой, начиная с моей головы и заканчивая спиной. Только сейчас заметила, что рядом со мной сидит и блондин. А ему чего надо? Опять экспериментировать будет? На всякий случай зарычала, глухо, едва слышно, но всё равно, хоть как-то надо обозначить, что я за свою шкуру готова побороться?!

– Вот это благодарность! – искренне возмутился Квор.

Кажется, с перестраховкой я перестаралась.

– Она защищается, – насмешливо объяснил Ранделл и поднялся на ноги. – Я так понимаю, камень не первый день лежит в кабинете?

Мужчины вернулись к столу, а я продолжила лежать на месте.