Ведьмин камень

– Спасибо!

Меньше чем через час я подходила к кабинету номер одиннадцать, на двери которого висела металлическая табличка «Следователь капитан Удовиченко Л.М.». Я постучала, и мужественный баритон ответил из глубины комнаты:

– Да, да!

Капитан Удовиченко оказался довольно приятным внешне мужчиной лет тридцати с небольшим. Он сидел за средних размеров письменным столом, заваленным бумагами, папками, ручками, коробками со скрепками и прочими такими нужными следователю канцелярскими принадлежностями.

– Еще раз здравствуйте. Я журналистка Полина Казакова, приехала вот ...

– Полина, ты?!

Я просто опешила. На каком основании он мне, совершенно незнакомому человеку, «тычет»?

– Ты что, не узнаешь меня?

Капитан Удовиченко вдруг рассмеялся. А я стояла в дверях все еще в недоумении.

– Вижу, что не узнала! Богатым, значит, буду. Да ты проходи, чего дверь караулишь? Боишься, украдут?

Он снова рассмеялся, демонстрируя мне свой белозубый рот, а потом сказал:

– Вспоминай! Институт. Отделение юриспруденции. Поток... Группа...

Я чуть не подпрыгнула:

– Леня! Неужели ты?!

– Сам себе удивляюсь.

– И как ты здесь?

– Как видишь – капитана недавно дали.

– Молодец. Ты сразу – сюда работать?

– Почти.

– Семья?

– Да, женился, и ребенка родили. Дочке Дашутке третий год пошел.

"Я на секунду замялась: сказать Леньке правду или не стоит? С одной стороны, он свой, учились вместе, в параллельных группах. С другой стороны, все-таки он – мент. У них своя правда, свой взгляд на жизнь. Кто его знает, как он поведет себя? Я решила пока промолчать.

– Да вот знаешь... судьба как повернула... Да, стала журналистом.

– Бывает, – попытался успокоить меня бывший однокурсник. – Я вот тоже, думал адвокатом буду или нотариусом, а сижу вон где!

– А что, нормально! Отдельный кабинет, – я оглядела стены и мебель, – следователь – это же хорошо!

– Пойдет! – Леонид махнул рукой. – Ну, расскажи еще что-нибудь о себе. Пять лет ведь не виделись. Замужем?

Терпеть не могу, когда знакомые задают мне этот вопрос.