Вечная невеста

Поначалу платил хорошо, а потом перестал. В общем, непорядочный он человек! — в сердцах подытожила Тамара Григорьевна. — Один раз я его видела только, он приезжал. Весь какой-то неопрятный, фу! И надо же, Алеша с ним столько раз связывался! Как будто он медом намазан, этот Алтуфьев!

— Да, вот Анжелика рассказывала, что Алексей недавно общался с этим самым Алтуфьевым…

Мать испуганно замахала руками.

— Да вы что? — воскликнула она. — Это зачем же?

— Вот это нам и непонятно, — призналась я. — Тем более если вы говорите про него такие плохие вещи.

— Вот я и говорю — как медом намазан этот Алтуфьев, умеет он окрутить людей так, что они на него бесплатно готовы работать и все ему прощать, — в сердцах сказала Тамара Григорьевна.

— Ну, в этом мы разберемся, — мрачно вставил Прокудин.

— А еще кого-то из его друзей вы можете назвать? — спросила я после паузы.

— Да у него с этими разъездами да с работой и друзей-то не осталось, — склонила голову Тамара Григорьевна. — Раньше, в юности-то, дружил, конечно, с ребятами — и в школе, и во дворе.

— А когда он уезжал в Москву, то называл какие-то имена?

Тамара Григорьевна задумалась, потом отрицательно покачала головой:

— Нет, никого не называл. Я еще спрашивала: «К кому ты там едешь-то? Есть кому помочь тебе?» А он одно — есть, есть, а конкретно ничего и не скажет.

— А у кого он останавливался?

— Квартиру он там снимал. Там же этого добра на каждом шагу, были бы деньги, а поселиться не проблема. Снимал квартиру с телефоном, говорил, что где-то в Кузьминках, он мне звонил оттуда.

— А в той саранской фирме он с кем работал? Вы кого-нибудь знаете?

— Ой, нет, — покачала головой Тамара Григорьевна.

— Может быть, вы хотя бы помните, как называлась та фирма? — не отставала я.

Тамара Григорьевна замолчала, вспоминая. Потом воскликнула:

— Да, вспомнила. «Сар-Би-Си». Я еще подумала, что название какое-то знакомое, часто вроде попадается мне.

«Би-би-си, — мелькнуло у меня в голове. — Видимо, вот откуда такие ассоциации».

— Точно «Сар-Би-Си»? — уточнила я.

— Точно, точно, — закивала Тамара Григорьевна. — Не ошибаюсь.