Ваше Сиятельство 5 (СИ)

А у меня имелось несколько мгновений, чтобы разобраться с эринией, вгрызавшейся в меня сзади на тонком плане и разорвавшей оболочки моих энергетически тел. Краем глаза я отметил, что Торопов подбежал к Илье, распростертого у передка нашего эрмимобиля. Не знаю, жив этот парень или нет. «Картан» торговца оружием, пыхнул облаком пара и понесся к воротам, оставляя на земле двух бойцов. Я, не убирая щита, в один миг активировал в правую руку астральный клинок. Изогнул его и ловким движением достал эринию, рассекая ее на две части.

И ровно в этот момент я почувствовал острую боль с правого бока.

Снова загремели пистолетные выстрелы. Тихо шлепнул остробой. И еще, и еще. Меня снова пронзила боль. Два черных стержня торчало из-под моего нижнего правого ребра. Или чуть выше его. Скорее всего ребро было сломано.

Темная тень неслась ко мне. Этой тенью была последняя гарпия. Я успел сменить астральный клинок на кинетику. Теряя силы и уже почти не прикрываясь щитом, встретил ее, вложив в этот удар весь оставшийся во мне магический ресурс.

Чудовище разорвало на части. Ее левая лапа вместе с крылом упали на меня, сбивая с ног. Когти разорвали мне живот и мышцы бедра.

А дротики… Дротики, наверное, были отравлены. Разве можно ожидать иное от Гришко? Интересно, что с этими братками? Что с Ильей и другими людьми Геннадия Степановича? Сам он где?

Сам он вот… Неожиданно появился передо мной:

— Ваше сиятельство! Ваше!..

— Не суетитесь, Геннадий Степанович, — прервал я его, сам не узнавая свой голос: слабый, дрожащий, с хрипотцой.

 — Маме пока ни слова. Вызывайте службу спасения, — дважды вздохнул и добавил: — Оле Ковалевской сообщите, чтобы не ждала.

Говорить было тяжело, да и не хотелось. Уже самое главное сказал. Прислушался к себе, не впуская боль. Такое странное ощущение, когда из тебя, из разорванных вен выливается кровь, вместе с тем остатки этой же крови разносят по телу яд, старательно приближая смерть.

Кстати, в этом мире граф Елецкий умирал уже дважды. Этот третий будет последним? По крайней мере последним в этом теле.

Я же вовсе не блефовал, когда говорил Гере и Фебу, что без тела буду для них намного опаснее. Я стану их проклятием. Неужели, Небесные, так наивны и думают, что так не может быть? Как говорят в другом известном мне мире: «страна непуганых идиотов». В моем случае правильнее сказать не «страна», а «Небеса», но ладно…

Торопов что-то кому-то сердито говорил в эйхос, кричал. Борис появился передо мной, потом отошел к месту, где лежал Илья.