Ваше Сиятельство #1

Достал платок, осторожно обтирая место ранения. Ого! А дырки-то было две! Два раза сунули пером. Одним из ударов долговязый явно целил наискось под ребро. Видно, не попал в сердечко. А раны тихонько затягиваются. Все-таки Асклепий — бог.

Я снова вернулся к мыслям об Артемиде. Если посмотреть на ситуацию внимательнее, то напрашивается вопрос: а что, собственно, мешало Небесной Охотнице попросить того же Асклепия вернуть к жизни настоящего графа Елецкого? Пока душа не вышла из тела, исцеление даже самых тяжких ран в силах врачующего бога Асклепия.

Однако, Артемида пошла по более сложному пути — обратилась ко мне. Она словно поджидала меня. Значит, ей потребовалось, чтобы это тело занял именно я. Иначе сложно объяснить ее неожиданное внимание к моей персоне. А раз так, то лукавит Небесная, утверждая, будто хлопотала она лишь из-за молившейся матери молодого графа. Здесь замешано что-то иное.

Лады, с этими мыслями мне придется еще разбираться. Сейчас я решил быстренько пробежаться по основным аспектам памяти.

Воскресил воспоминания о семье, недавней смерти отца, доме, друзьях, которых практически не было. И школе — доучиться в ней осталось меньше месяца, а там, ближе к концу мая выпускные. Отдельным, важным фрагментом всплыл образ золотоволосой красавицы — княгини Ковалевской Ольги Борисовны. Неприступная, вся сияющая, ко мне надменная, насмешливая. Я ее любил. Стоп! Я ли? Неужели сердечные отношения всецело передались мне от прежнего графа Елецкого? Черт! Этого еще не хватало! Я даже рассмеялся и поморщился от боли, глубоко кольнувшей в животе, тупо и тяжко отдавшейся на лице и груди — местах ударов проворных кулаков. Нет уж, ваша светлость Ольга Петровна, вы, без сомнений, девушка редкой красоты, но мое сердце… впрочем, с этим вопросом я тоже разберусь позже. Сейчас точно не до него. Тем более, Айлин возвращается. Сначала я услышал легкие и быстрые шаги, потом она, точно бабочка с розово-голубыми крыльями выпорхнула из-за угла. Как же быстро, я не успел оценить очень многого, важного. Например, как это тело взаимодействует с тонкими энергиями. Ведь явно этот мир в значительной мере магический — я чувствовал потоки.

— Саш, как ты? Тебе лучше? — Синицына присела на корточки возле меня, вынимая из сумочки бинты и… темно-желтую коробочку с выдавленными на картоне пальмами — сигареты. — Саш, скажи, что лучше! — потребовала она, не собираясь принимая за ответ мою улыбку разбитых губ.

— Ну, лучше, — согласился я и потянулся к пачке сигарет.