Ваше Сиятельство #2

И баронесса Евстафьева еще сюда вплетена. Боги, как странно вы разложили карты! Но Талия точно не может быть в этом замешана.

— Да, сидела в одиночестве, надутая на всех, — подтвердила княгиня.

Меньше чем через полчаса мы подъехали к Палатам Надежды со стороны Земляного Вала. Девушка за стойкой, оборудованной множеством терминалов, быстро нашла фамилию Айлин в списке поступивших.

— Синицына Айлин Клеоновна? — уточнила она.

— Да, — выдавил я, с нетерпением ожидая ее дальнейших слов.

— Пройдите по коридору прямо до конца и направо.

Дожидайтесь там. Сейчас свяжусь с врачом, — сказала она, сноровисто управляя манипулятором терминала.

Мы с Ольгой прошли по коридорам и остановились в небольшом зале с белыми стенами и алебастровыми барельефами по углам. Напротив окна возвышалось три небольших алтаря: Сварогу в центре, Асклепию справа и Перуну слева. На длинном диване сидели какие-то люди, явно в напряженном ожидании. Другие толпились возле окна и двери, ведущей в палаты.

Мы простояли еще минут пять, прежде чем запертая дверь отворилась и вышел врач: пожилой седоватый мужчина в голубом халате с вышитым на груди сердцем.

— Вы спрашивали о госпоже Синицыной? — спросил он, обращаясь почему-то не к нам.

Я повернул голову и только сейчас увидел маму и отца Айлин.

— Да, да, ваше милосердие! Мы! — мама Айлин вскочила с кресла.

Я застыл и на сердце похолодело. Лицо врача выглядело слишком мрачным для хороших вестей.

Глава 13

Свои люди

— Мы провели очень тяжелую операцию, только закончили. Она пока на столе — маги с ней работают.

И, увы, увы, пока не могу сказать ничего определенного. Ее состояние очень тяжелое, — врач беспокойно покручивал лимб эрмингового концентратора, висевшего к него на ремне сбоку. — Молитесь богам. В первую очередь, молитесь Асклепию. Мы постараемся ее вырвать из лап Морены, но без божественного чуда очень мало надежды.

Холодок на моем сердце так и не развеялся. Врач отошел от нас, назвав фамилию еще кого-то из поступивших в тяжелом состоянии. К нему тут же подбежала закутанная в платок старушка и худенький старичок.

Старушка заохала, смахивая слезинку с морщинистой щеки.

Я же обратился к отцу Айлин, отозвал его в сторону вместе со Светланой Тимофеевной и кратко пересказал случившееся в сквере Южных Механиков. С первой минуты Клеон Юрьевич смотрел на меня точно на заклятого врага. А после того, как узнал, что Айлин заманили в сквер с помощью моего эйхоса и напавшие на нее были со мной в конфликте, глаза Синицына заблестели от гнева.