В теле пацана 6 (СИ)

Справа тревожные крики и вопли. Пауки прорываются, легко поднимаясь по стене и переваливаясь через рубеж. Лязгает сталь, визжат уродцы, получая своё. Гибнут и солдаты, попадая под раздачу.

Из — за месива на стене и за её пределами освободился сектор обстрела, который попытались перекрыть другие стрелки, но плотности оказалось недостаточно! Учуяв лазейку приспешники наращивают свой успех и начинают пробиваться на участке прорыва метров тридцать шириной. С высоты левого фланга пытаются помощь наши стрелки, но, боясь зацепить своих же, стреляют лишь по подходящим к стене тварям.

Прибив всё же второго жука, рвусь на помощь!

Танки дают первые выстрелы по приближающимся гигантам, которым огонь катапульт нипочём.

Очутившись на стене у месива, обернулся в сторону крупных целей, затаив дыхание. Очень важно знать результат огня техники. И она не подвела. И тем не менее, два танка, похоже, били по одному жуку. Бронебойные снаряды вошли в хитин, как в картонку. Из дыр зафантанировала ядрёно — зелёная жижа. Жук завопил, как бешеный слон.

Но не остановился сразу, прошёл ещё десять метров прежде, чем замереть, уронив голову.

Со страха или потому что не видят, экипажи раздолбали труп, потратив кассеты полностью, и замолкли на перезарядке. Два других танка стреляют по целям дальше. Но я уже не вижу, каков их успех, рвусь за стену на нашу территорию, на поле битвы, где началось настоящее месиво.

Хитиновые твари всё прибывают, лезут по трупам своих, как роботы, стремясь любой ценой задеть воинов. Фелисы рубятся отчаянно, но без должной брони быстро истекают кровью.

«Рыцарей» герцога хорошо спасают доспехи от режущих ударов, но она же мешает резво уходить от мелочёвки, которая буквально облепляет некоторых.

Врываюсь отчаянно, прикрывая уже решившего, что ему пиздец, соратника, кончая нависшую в замахе тварь. Воины воодушевляются при моём появлении. Но от этого не легче.

Фелис, оставшийся без руки, рубится, как одержимый, пока не падает без сил от потери крови. Раненного пытается оттащить воин герцога, и его валят сразу три таракана, пробуют тыкать кончиками лап через цели забрала, солдат отмахивается уже вслепую.

Другого фелиса на моих глазах практически сжирает крупный паук, прыгнувший прямо со стены на головы бойцов. Ещё одного сжигает кислотой сколопендра, обвив собой тело бедолаги. Её следом изрубили, но было уже поздно. Мучительная смерть…

Некоторые пауки плюются, попадая по пехоте, другие умудряются пустить паутину, сбивая с ног и запутывая.