В теле пацана. Книга 3. Путешествие в Градир

Конечно, можно было сделать это, не взбираясь на крышу, сразу с окна оттолкнуться. Но тогда я был под прицелом, и эти уроды бы заметили неладное.

Сердце ухает! В кровь, и без того уже бурлящую, бахает щедрая порция взрывного адреналина, и мир замедляется до полного спокойствия и умиротворения.

Только так я могу вызвать силу Вейзевула, скрытую во мне.

Глава 23. Привет от генерала Гелака

Изворачиваюсь в падении, не без помощи перьев гарпии в сапогах! Переворачиваясь в воздухе, успеваю подрыгать ногами уже перед столкновением с землёй, смягчая падение.

Если телепортироваться хотя бы на чуть — чуть, минуя естественное падение, могу спровоцировать нормальное стечение времени, а это мне не нужно.

Целую вечность проворачиваю этот трюк, а оказавшись на земле, рвусь на позиции вампиров в полнейшей тишине. Сквозь вязкое воздушное желе, прорываюсь к заветной цели. На третьем шаге начинаю чувствовать тупую, долгую, и почти невыносимую боль в стопах. Похоже, всё — таки ударился.

Скрипя зубами, мчу всё быстрее, преодолевая мизерное расстояние.

Визуально близкое, но для мышц такое далёкое и изнурительное.

Пробегаю напрямик по линии обстрела. Через небольшую площадь, полностью разрушенный дом. Вот уже за бор, за которым начинается лес! Замечаю кучи сваленных человеческих трупов, которые вампиры натащили к себе!! И неистовство разрывает меня изнутри. Вот же мрази.

Вижу трёх вампиров — стрелков с моего фланга, прикрывающих отступление монстров, которые уже ринулись в сторону леса, где у них в глубине, похоже, спрятаны лошади.

У кромки леса основная масса вражеского воинства. Рослые, широкие, в посечённой броне. Некоторые без шлемов со страшными харями и окровавленными ртами. Крови, походу, успели попить. У половины щитов нет, мечи за спинами, у двоих огромные топоры — секиры двусторонние.

Три лошади с красными глазами, закованные в броню находятся прямо на позиции, к ним почти добежали, замерли в процессе. Два мага, как оказалось тоже в броне, но без шлемов, продолжают колдовать, изображая непрерывный прессинг.

На их ладонях знакомые формулы блёсток замерли, которые легко убираю на всякий случай.

Подскакиваю к ним и с неимоверными усилиями, преодолевая вязкое пространство, сходу рублю голову молодому блондину огневику с вытянутым аристократическим лицом. Затем сношу наотмашь лысому старикашке, владеющему магией земли.

При этом сам клинок идёт одинаково тяжело, что по шее через кольчугу, что по воздуху.