В теле пацана. Книга 3. Путешествие в Градир

Убедился, что стоит и гаркнул:

— А ну сюда подошли, обмороки!

— Не велено! — Раздалось в ответ.

— Значит так, деда графини и Элиота в покои графиня вызывает, как поняли, приём? — Выдал.

— Ничего не поняли, — бурчат из — за колонны.

— А ну скажи им, любовь моя? — Киваю Жозефине, которая, похоже, в облаках летает.

— Обмороки! — Взвизгнула графиня и захихикала.

— Да не это, — схватился за голову. — Деда и Элиота.

— А, советников ко мне пришлите! — Выдала повелительно.

— Исполняем госпожа! — Отчеканили и рванули мимо нас вверх по лестнице.

Отлично, власть ещё на ней. За руку беру и следом.

— Понеси меня, — снова тянется.

Так всё. Обнимаю и на ухо шепчу:

— Глаза закрой.

— О, Аз, ты моя жизнь…

Телепортируюсь вместе с ней в покои. Графиня в восторге, виснет на мне, как на своём парне. Всё у неё хорошо. Просто пока ещё в зеркало не смотрелась.

Спустя долгие и утомительные минуты бессмысленного общества с туповатой, а скорее очарованной мной Жозефиной, раздаётся деликатный стук в дверь.

На пороге появляется седовласый худой старик с вытянутым очень морщинистым лицом, запахнутый в серый халат до пят, похоже, поднятый прямо с постели, судя по помятой роже. За ним следом возникает в фиолетовой форме гвардии, увешанный знаками и прочей дребеденью, невысокий темноволосый мужчина лет сорока пяти со сведёнными к носу глазами, отчего вид, как у туповатого голубя.

— Желали видеть, госпожа? Отчего такая спешка? Что случилось, душа моя? — Загалдели.

— Выйдем, поговорим, — обозначился я, и оба вздыбились.

— Слушайтесь моего жениха, — брякнула Жозефина важно и мне: — Ты ведь не долго, Аз? Я не вынесу разлуки.

— Ага, — бросаю и киваю этим в сторону выхода балконного.

Не сводя глаз с диадемы у меня на башке, оба выходят послушно следом. Встаю у горшка, где у меня всё ещё фонарики горят и ватман расстелен. Эти подходят и встают у перил.

— Ты кто такой? — Первым наседает Элиот.

— Да, представьтесь, лорд, — требует и дедуля. — И объясните, что всё это значит? Почему на вас символ власти…

— Я теперь здесь главный, — перебиваю деда.

Захлопали ресницами, смотрят ошалело.

— На нём обод с сердцем, а почему он на ногах стоит, — шепнул Элиот деду на ухо, не отрывая от меня выпученных глаз.

— Не зарывайтесь, юноша, — брякнул старец и тут же сглотнул в ответ на мой хищный взгляд.

— Не судите по внешности, — хмыкаю.