В оковах Шейха

между ними все еще была та ночь, та невообразимая ночь наслаждения, как она могла ненавидеть мужчину за это? И с тех пор были моменты, когда буйство стихало, и он выглядел потерянным, одиноким и таким болезненно печальным, что ей хотелось протянуть к нему руку. Потому что кто бы, не смог полюбить крошечного ребенка? Что пошло не так в его жизни, что он чувствовал, что не может этого сделать?

Она хотела бы ненавидеть его. Тогда ее не тянуло бы к нему. Тогда она не чувствовала бы этого проклятого притяжения.

Он сказал ей, что повторного представления не будет, но, когда дошло до дела, если бы он пришел к ней ночью, она сомневалась, что у нее хватило бы сил сказать ему ""нет"". Когда она вспомнила их единственную ночь, которую они провели вместе, каким властным мужчиной он был тогда, и все способы, которыми он доставлял ей удовольствие, было трудно представить, почему она вообще могла не хотеть этого.

Она смотрела в окно на людей, выстроившихся вдоль улицы, всем так хотелось хоть мельком увидеть этого человека, который мог бы править ими, чувствуя себя мелкой и поверхностной и ненавидя себя прямо сейчас.

 Сегодня здесь творилась история, и даже в своем несущественном виде она была частью этого, но все, о чем она могла думать, был только секс."

"Что ж, в этом тоже была вина Рашида. Та ночь, которую они провели в объятиях друг друга, должна была за многое ответить.

— Это ты организовал весь этот приветственный комитет? — Услышала она, как Рашид спросил Карима, и Тора посмотрела на него, потому что его голос звучал так же напряженно, как выглядела его челюсть, и так же неудобно, как это должно быть.

 Впервые она увидела, что Рашид выглядит как человек, который не уверен в своем месте в мире, и она была заинтригована. Он не был похож на человека, который сомневается в себе.

— Хорошие новости имеют способность быстро распространяться, — ответил Карим, пожав плечами. — Даже в Каджаране, где интернет не так легко доступен, как на западе. Люди долго ждали, чтобы увидеть флаг Каджареси, развевающийся на королевском лимузине.

 Мы приветствуем твое возвращение.

— Если я собираюсь это сделать, — сказал Рашид, — мне понадобится помощь.

Если Тора не ошиблась, то на его лбу в этой машине с кондиционером блестели капельки пота. Карим улыбнулся, даже склонив голову, как будто Рашид сказал именно то, что он хотел от него услышать.

— Разумеется, я в твоем распоряжении.

— Спасибо, — поблагодарил Рашид.