В оковах Шейха

— Очевидно, что нет, или здесь могут быть двойные стандарты, как ты думаешь?

Разочарование запуталось в его кишках. Он ненавидел то, что она видела его аргументы насквозь. Он вряд ли мог сказать ей настоящую причину, что сейчас ему больше, чем когда-либо, нужно было иметь возможность ясно мыслить, не отвлекаясь на повторение прошлой ночи каждый раз, когда он смотрел на нее. Почему она просто не может увидеть, что он не хочет ее как сотрудника, что ничего из этого не получится?

— Я хочу, чтобы кто-то другой позаботился об Атии!

— Больше никого нет.

— Я не хочу, чтобы ты ехала с нами.

— А ты что думаешь, что я горю желанием кататься с тобой? Как только я поняла, что это ты, мне захотелось провалиться сквозь дыру в полу. Так что не волнуйся, я не ищу повторения маленького приключения прошлой ночи. Я здесь не из-за тебя. Я здесь, чтобы заботиться о ребенке, не более того.

Короткий стук в дверь прервал его слова, и Карим вошел с поклоном, и не было никакого способа, чтобы их посетитель не услышал ее слов или неправильно истолковал тон, которым они были произнесены.

— Тысяча извинений за прерывание, но самолет будет готов к вылету через два часа.

Тора посмотрела на Рашида.

— Итак, ты сам расскажешь всем, почему ты предпочел бы найти другую сиделку, или это сделать мне?

Карим выжидательно посмотрел на него, его спокойные черты выдавали лишь едва заметный намек на удивление, и Рашид тихо выругался на женщину.

— Я ожидал кого-нибудь постарше, — пробормотал он, — но, полагаю, она должна подойти.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Блеф был прекрасен, когда он сработал.

Тора закрепила детскую переноску, погрузилась в маслянистую кожу лимузина и сделала глубокий, успокаивающий вдох. Она это сделала, она сохранила задание. Салли была бы опустошена, если бы потеряла этот контракт, а Торе было бы почти невозможно объяснить, как она позволила этому случиться.