В объятиях лунного света

Как он переживет ее позор после позора и смерти Дороти? Да, Нелл было очень трудно свернуть с прямого пути на кривую дорожку. Но мужчина, который стоял сейчас перед ней, мог заставить ее сделать это.

– Ты будешь ежемесячно получать кругленькую сумму на расходы, – говорил маркиз."

"Ей нужно было что-то сказать. Лит мог расценить ее молчание как безоговорочное согласие. Однако Нелл еще не приняла окончательного решения. Ее мучили сомнения. Она боялась разделить горькую участь Дороти.

– А если у нас родятся дети? – наконец спросила Нелл.

Тень пробежала по лицу маркиза, и он снова начал постукивать себя по бедру рукояткой хлыста.

– Я обеспечу их будущее. Но пойми меня правильно: жизнь незаконнорожденных отпрысков – не сахар. Даже такой высокопоставленный человек, как герцог Седжмур, вынужден был страдать из-за того, что законность его рождения ставилась под сомнение.

– А у вас есть незаконнорожденные дети?

– Нет, – с печальной улыбкой ответил Лит. – Я всегда боялся скандалов. Но, по иронии судьбы, пока я осторожничал, оберегая свою репутацию, мои родственники – дядя и сестра – жили как хотели, не заботясь о сохранении доброго имени.

Раньше Нелл подумала бы, что маркиз лжет. Она ведь изначально считала его распутником. Но эти времена миновали.

– Моя единоутробная сестра Дороти умерла от выкидыша, ее соблазнил один мерзавец, – призналась вдруг Нелл.

Глаза маркиза потемнели, в них читалось сочувствие, и это растрогало Нелл.

– Мне очень жаль, поверь, Элеонора.

Прикосновения Лита возбуждали ее, но сейчас его взгляд выражал не страсть, а нежность и сострадание. И Нелл вдруг почувствовала, что ее обволакивает приятное тепло, она как будто находилась в коконе и ощущала себя защищенной, охраняемой сильной рукой.

Она наклонилась к маркизу и уловила исходивший от него запах конского пота и сандалового дерева.

Нелл вдруг поняла, что очень устала от тяжкого бремени ответственности и долга перед семьей.

Если бы Лит прямо сейчас спросил ее, готова ли она отдаться ему, Нелл ответила бы «да» и положила бы голову ему на плечо.

Но минута слабости миновала, и Нелл снова взяла себя в руки. Она хотела быть сильной.

Лит поднялся и отошел от нее.

– Ты так и не дала мне ответа. – В его голосе слышались глубокие бархатистые нотки, от которых душа Нелл затрепетала.