В объятиях страха, или За котом на край Вселенной

Не вязалось все это с потертой курткой, что он накинул поверх незастегнутой добротной рубахи.

Я осторожно положила ладонь на запястье Ана. Тот кивнул мне и обернулся на незваного гостя.

– Раз мы тебя не знаем, значит, не из ваших, – грубовато отчеканил он. – С какой целью интересуешься?

– Да больно боец у вас занятный. Из вояк…

Кулаки Дика замерли в воздухе.

Резкое движение, и мухичок оказался в его цепких руках. При этом он буквально упал грудью на мои колени.

– Ты тут на что намекаешь, морда?

– Да лица новые, вот и интересуюсь.

– Тебе чем мое лицо не нравится? – рычал Дик.

Вокруг нас загалдели. Вопли, свист, улюлюканье. Обернувшись, я поняла, что Айзек отправил в нокаут соперника. Правда, при этом сам еле держался на ногах.

– Ладно, Большой Д, пари за тобой. – Ан поднялся.

Не смекнув, о чем он, я покосилась на Дика.

– Вот так-то, знай наших, браток. Хватаем Айза и по бабам. – Руки техника разжались, и мужик окончательно развалился на моих коленях.

Я улыбнулась через силу, спихивая с себя чужое мужское тело.

– Бордель ярусом выше, – прокряхтела, придерживая подол. – Но я предпочту своего малыша. Айзек в таком виде особенно горяч.

Мужик наконец соизволил подняться. Поправляя куртку, он хищно прищурился, слушая нас.

Я вопросительно приподняла бровь, словно спрашивая, что еще ему нужно. Ничего не сказав, он отвернулся и ушел в сторону арены.

– Так, забираем капитана, деньги и делаем ноги. Нами заинтересовались, – сухо отчеканил Ан. – Не торгуйся особо, бери что дают, Дик. Никаких вторых боев, не поддавайся на уговоры. Все, а я на арену. Лидия, не отстаешь от меня ни на шаг.

Кивнув, я для верности схватила Ана за рукав и засеменила за ним. Дик направился в противоположную сторону.

Утащив с арены изрядно помятого Айзека, я усадила его на пластиковый стул и, уперевшись на стол, наблюдала, как Дик теснит к стенке организатора боев.

– Ш-ш-ш. – Услышав это странное шипение, я опустила взгляд на капитана и замерла.

Моя ладонь нежно поглаживала его по волосам, пропуская сквозь пальцы густые черные пряди. При этом я задевала открытую рану выше виска.

– Прости. – Я сконфуженно убрала руку.

– Мне казалось, ты меня боишься, – прошептал он разбитыми губами и, обхватив за талию, прижался лбом к моему животу.