В двух шагах от рая

Виктор уже был там и по-французски разговаривал с кем-то по телефону. Когда Мейбл села за стол, муж повесил трубку и отодвинул в сторону телефонный аппарат.

— Доброе утро, — произнес он без всякого выражения. — На завтрак у нас кофе, повидло и свежие круассаны. Я только что купил их в деревенской булочной.

— Спасибо.

— Чем ты хочешь сегодня заняться?

— Не знаю…

— Тогда я предлагаю для начала позагорать на пляже, а вечером поужинать в Алерии. Ты согласна?

Мейбл пожала плечами.

— Ну что ж, прекрасно… Тебя сильно донимали комары? — осторожно поинтересовалась она.

— Мерзкие твари почему-то облюбовали мою левую ногу. К счастью, я нашел в аптечке средство против этих кровопийц… — Виктор посмотрел жене в глаза. — Кстати, извини меня за вчерашнее. Сам не пойму, что со мной произошло. Я был слишком несдержан…

— Да, понимаю… Я сама спровоцировала тебя, — смущенно призналась Мейбл. — Прости меня…

— Да, да, конечно прощаю. Что ж с тобой поделаешь! — изрек Виктор бесстрастным тоном."

"Глянув на мужа, Мейбл только сейчас осознала, что тот держится с ней с холодной вежливостью.

— Я… постараюсь верить всему, что ты говорил, — пообещала она.

— Постараешься? — саркастически усмехнулся Виктор.

— Это уж как ты будешь себя вести…

— Похоже, я ошибался, думая, что из моей затеи что-то получится. Сейчас мне ясно, что по возвращении нам придется кое-что утрясти. Медовый месяц прерывать не станем во избежание ненужных сплетен. А до той поры давай извлечем из поездки как можно больше приятного.

Мейбл пристально посмотрела на мужа, надеясь найти объяснение сказанному в его глазах, но он словно надел на лицо непроницаемую маску.

— Заканчивай завтрак, дорогая, и идем на пляж…

Опустив взгляд, она кое-как дожевала круассан и допила кофе.

Алерия к вечеру наполнялась жизнью, которая сосредоточивалась в основном вокруг многочисленных ресторанчиков в районе гавани. Здесь было шумно и людно, что вполне устраивало Мейбл. Она догадывалась, что Виктор специально предпринял вечернюю вылазку, чтобы не сидеть на вилле вдвоем в четырех стенах.