Урброс 1

Никому из местных и в голову не приходит проверить, чем занимается распластавшийся на земле гоблин. Все заняты разворачивающимся на площади зрелищем.

Какая-то сморщенная старуха подаётся вперёд, тряся кулаком.

— Так её! Ангельская шлюха! Заставь её кричать, Сонс! Пусть орёт во весь голос!

Вопли подхватывают и остальные — площадь заполняется криками “советчиков”, которые наперебой требуют быть пожёстче с пленной.

Я же внезапно чувствую покалывание в кистях рук и пробую пошевелить пальцами. Выходит, но приходится сразу стиснуть зубы, чтобы не выдать себя стоном.

Медленно разминая пальцы, пытаюсь выстроить в голове план действий. Предположим, у Толба всё выйдет и мои руки окажутся свободны. Что дальше?

Не знаю, сколько точно вооружённых бойцов было в отряде, что нас доставил, но точно не меньше пятнадцати. Ещё человек десять стоят в толпе. Если быть более точным, сгрудились около дома старейшины и наблюдают за порядком. Формально, по крайней мере.

Вырулить из ситуации так, чтобы освободить остальных и свалить всем вместе, точно не выйдет. Впрочем, я в одиночку вряд ли сбегу. Ноги, пусть и чувствуют себя лучше рук, но тоже не вернулись в норму полностью. Даже если получится быстро пробиться через плотную человеческую стену за моей спиной, потом меня догонят на территории деревни и снова скрутят.

Да и около ворот должна была остаться охрана. А через частокол я не перелезу. Не в моём нынешнем состоянии. Плюс, при таком раскладе придётся бросить всю группу на верную гибель.

Радиоактивные изотопы им всем в нейроны мозга! Что делать то? Просто забрать с собой жизни пары этих выродков, а потом сдохнуть? Пожалуй лучше, чем гнить рабом или быть съеденным заживо, но смерть меня тоже не устраивает.

Опускаю глаза в землю, отвлекаясь от картинки. Не знаю, что там за проблема у их лидера — возможно отвлекается на крики толпы, а может дело в чём-то ещё, но он уже дважды прерывается, чтобы заново вставить.

Концентрируюсь на мыслях, стараясь отсечь разум от внешних раздражителей, а заодно подавить и внутренние — чужая память упорно рвётся наружу, пытаясь завладеть моим вниманием.

Грубая сила не подойдёт. Если я брошусь на местных с кулаками, меня сразу же убьют.