Укрощение Рики (ЛП)

— Думаю, так и будет. Вы очень добрый.

— Постараюсь на первый раз быть с тобой помягче. Но иногда я способен проявить жестокость. Это не значит, что я тобой недоволен, просто временами мне необходимо выпустить пар.

— Почему?

Командор вздохнул.

— Ну, причины самые разные. Моя должность, прежде всего… Иногда бывают очень напряженные дни. И еще… должен тебе признаться, я кое-что ищу, ищу уже много лет, но никак не могу вернуть назад. Иногда мне бывает от этого очень плохо.

— Раз вам бывает так плохо, должно быть, это по-настоящему ценная вещь… — заметил Азка.

— Я тоже однажды потерял любимую сережку. Чуть с ума не сошел! А потом гляжу — она у Хенту в ухе. Он сказал, это его сережка, но я точно знал, что она моя. Ух, ворюга!

Губы Востана тронула улыбка.

— У тебя будут любые сережки, какие тебе понравятся. У тебя будет всё, что пожелаешь, Азка. Только скажи, и ты сразу же всё получишь.

Пет замолчал. Востан повернулся на бок, посмотрел на него и погладил гладкую нежную щеку.

— Ты очень красивый парень, Азка.

Юноша смотрел на него огромными глазами.

— Вы так приятно пахнете, — прошептал он. — Мы так близко… это меня возбуждает.

— Меня тоже.

Командор наклонился и поцеловал своего пета, мягко раздвинув языком его губы. Поцелуй длился и длился: Востан не спешил, желая подготовить юношу к тому, что будет дальше.

Наконец он оторвался от губ Азки и улыбнулся.

— Было так хорошо, — прошептал он.

— Мне тоже очень понравилось.

— Готов продолжать?

— Да, хозяин.

Азка был не просто готов, он мечтал о продолжении, как и его набухший до предела член.

Но командор по-прежнему неспешно ласкал его, покрывая поцелуями шею и посасывая соски — сначала один, потом другой, и так снова и снова. Он полностью контролировал процесс и мог при необходимости продолжать предварительные ласки очень долго — опыт научил его сдерживать собственную похоть и в первую очередь заботиться об удовольствии партнера.

Востан перекатился на спину и уложил пета на себя. Его руки медленно изучали тело юноши, гладили ягодицы, пробирались между бедер, а поцелуи не прекращались ни на мгновение.

Затем он вернул Азку на постель, а сам расположился сверху.

— О, хозяин! — простонал пет, не помня себя от возбуждения. — Вы так добры ко мне! Это я должен… что-то делать…

— Помолчи. Просто расслабься, а я буду ласкать тебя.

Юноша запустил пальцы в мягкие темные волосы командора и судорожно вздохнул, когда тот завладел его жаждущим внимания членом.