Укрощение Рики (ЛП)

— Интересная ты зверушка… Почему бы тебе пока не отдохнуть? Я скажу, когда буду готов для тебя.

Энью кивнул, чувствуя, как его неудержимо тянет к этому красивому альфазенцу, — хотя, безусловно, никто не мог сравниться с его хозяином-блонди.

Омаки тем временем пребывал на вершине блаженства. Он прикрыл глаза, наслаждаясь тем, как руки и губы командора ласкают его тело, а теплый язык выписывает на коже игривые вензеля. Востан постепенно спустился ниже, раздвинул бедра блонди, устроился между ними и забрал в рот его мощный ствол.

— О, Востан!

На лбу Энью наметилась недовольная складочка. Он уселся на пятки и громко спросил:

— Какие будут указания, командор Хоси? — Востан не ответил, и ксеронец схватил его за руку. — Командор Хоси!

Альфазенец поднял голову. Глаза его были полуприкрыты и горели похотью.

— Что такое, маленький пет?

— Я тоже хочу доставить хозяину удовольствие, — нервно ответил Энью.

Командор улыбнулся."

"— Конечно. Ну что ж, пусть твой хозяин перевернется и встанет на колени. Я буду ласкать его сзади, а ты сможешь делать всё, что пожелаешь. Разумеется, если Омаки не возражает.

Второго приглашения блонди не потребовалось. Он с готовностью перевернулся и раздвинул бедра, предлагая себя для ласк. Взглянув на командора через плечо, он расплылся в широкой улыбке.

Энью был вполне доволен таким раскладом. Он принялся рукой и ртом ублажать жаждущий внимания член хозяина, а Востан развел в стороны мягкие половинки Омаки и начал дразнить его дырочку языком.

Синхронные ласки ксеронца и альфазенца сводили блонди с ума.

— Святая Юпитер! — выдохнул он и покрутил задом, мечтая о более глубоком проникновении. — О да! То, что нужно!

Командор Хоси, хотя и получал удовольствие от процесса, тем не менее чувствовал, что его собственный болезненно напряженный член не желает оставаться в стороне. Он взял руку Энью, поднес ее к своему паху и, не отрываясь от дырочки блонди, показал, какие ласки придутся ему по вкусу.

— О да! — вскрикнул он, до такой степени охваченный неземными ощущениями, что у него всё поплыло перед глазами.

Между тем терпение Востана оказалось на исходе.