Укрощение Рики (ЛП)

Блонди молчал, но чуть ли не дымился от ярости, а маленький пет мучительно изобретал хоть какое-нибудь оправдание своему поступку.

— Я только хотел… я просто очень хотел посмотреть на солдат, — пролепетал он.

— Аки, я ведь однозначно дал тебе понять, что ноги твоей не должно быть на шестом этаже!

Дверь лифта открылась, и Омаки втащил парнишку в свои апартаменты.

Вопреки всему Аки еще надеялся, что хозяин забыл про свое обещание отшлепать его лопаткой. Однако блонди направился прямиком к шкафчику, где хранились орудия наказания, и мальчик начал тихо всхлипывать.

— Я ведь предупреждал, что тебя ждет, если ты снова нарушишь мой приказ, Аки!

— Пожалуйста! Я больше не буду! Не буду!"

"— Слишком поздно, Аки. Сейчас ты у меня получишь этой лопаткой.

— Нет, хозяин! Пожалуйста!

Аки изо всех сил упирался ногами, пока блонди тащил его по направлению к креслу.

— Да, Аки!

Подхватив мальчика поперек туловища, блонди сам отнес его к своей цели.

— Нет! Нет! Нет! — возмущенно надрывался Аки.

Окончательно выйдя из себя, Омаки поставил сорванца на пол перед собой и, придерживая за плечи, заглянул ему в лицо.

— Я предупреждал, что отшлепаю тебя лопаткой, Аки, если ты хоть одной ногой ступишь на шестой этаж. Было такое? Ты меня не послушался, так что теперь получай свое наказание.

— Пожалуйста, не шлепай меня лопаткой! — взмолился Аки, не сводя глаз со страшного орудия, мирно лежавшего на подлокотнике кресла.

— Я ведь обещал тебе крепкую порку, так?

Омаки повалил парнишку к себе на колени и подумал было оставить на нем штаны, чтобы немного смягчить и без того мучительную боль.

— Нет! — снова завопил Аки.

Это решило дело. Блонди понял, что его непокорный пет нуждается в жестком воспитательном воздействии, поэтому стянул его штанишки до середины бедер, завел его запястья за спину и уложил мальчика поудобнее.

— Вот теперь, Аки, ты поймешь, что такое настоящее наказание. Даю гарантию, оно тебе не понравится.

— Прошу, хозяин! Пожалуйста, не надо! — голосил сорванец, извиваясь на коленях у блонди.

Омаки замахнулся, и на ягодицы мальчика обрушился первый резкий удар. Раздался истошный вопль, полный ужаса и боли, и все мышцы Аки мучительно сжались.