Укрощение Рики (ЛП)

Больше всего на свете он хотел близости с хозяином, но, мельком заметив внушительный размер Ясона, сильно оробел — а потом еще и Катце отпустил комментарий, мол, у всех блонди такие мощные агрегаты. Что, если бывший пет окажется неспособен удовлетворить Ксиана? Да, он умел показывать для хозяина шоу и знал, как ласкать себя — когда было что ласкать, — но что, если теперь, когда дело дойдет до главного, блонди в нем разочаруется?

Мысли Джутиана вернулись к событиям в павильоне, и, вспомнив, как понравились хозяину его прикосновения, такие беспомощные и неуклюжие, он немного воспрял духом.

Едва они вышли из автомобиля, на обоих тут же набросился леденящий ветер.

— Скоро пойдет снег, — заметил Ксиан. Ему захотелось подхватить Джу на руки и внести внутрь, но он не осмелился, зная, что из окон соседних вилл выглядывают любопытные соседи.

Не дожидаясь приказа, Джутиан бросился вперед, чтобы по своему обыкновению открыть перед хозяином старомодную деревянную дверь, которая распахнулась под радостный перезвон колокольчиков.

Джутиан поежился от холода.

— Я разведу огонь, — предложил он — так не терпелось похвастаться перед блонди новоприобретенным умением. Катце показал ему, как разжигать камины в обсерватории и в библиотеке, и хотя на практике применить эти знания Джутиан не успел, теперь он был благодарен наставнику за инструктаж.

Ксиан кивнул.

— А я сделаю то же самое в своей спальне. Когда закончишь тут, приходи.

Оказавшись на вилле наедине с хозяином, Джутиан обнаружил, что близок к панике.

Услышав шаги, он застыл на месте, не решаясь поднять взгляд.

— Похоже, ты тут уже справился, — мягко сказал Ксиан. — Ты что, избегаешь меня, Джу?

— Да, хозяин, — признался юноша.

Ксиан улыбнулся.

— Понятно. Тогда я облегчу тебе задачу.

Блонди шагнул вперед, подхватил парня на руки, с легкостью отнес в спальню и решительно бросил на кровать.

— Раздевайся! — скомандовал он.

Юноша и не думал прекословить. Он медленно развязал пояс халата, и шелковая ткань сама скользнула с плеч. Глаза Ксиана заблестели, он стянул с рук перчатки, сбросил одежду — сначала сапоги, потом верхнюю накидку и, наконец, облегающий костюм — и остался полностью обнаженным.