Укрощение Рики (ЛП)

Невзирая на страх, Рики был твердо намерен лишить Рауля удовольствия видеть его слезы и собрал всю свою волю в кулак, чтобы с достоинством встретить нестерпимую боль.

Боялся он не зря. Не сдерживаясь, блонди обрушил лопатку на чувствительные после недавней порки ягодицы пета. Впервые Рики узнал, что такое по-настоящему жестокое наказание. Он истошно закричал — а может, это кричал кто-то другой рядом с ним? От боли в голове у пета слегка помутилось.

— Да, — прошептал Рауль, наслаждаясь реакцией монгрела и его отчаянным воплем.

Он помедлил, в предвкушении положив лопатку на ягодицы пета, руки его мелко дрожали от возбуждения.

Затем, стремительно размахнувшись, он нанес второй, молниеносный удар. Громкий шлепок слился с очередным воплем.

— Ясон! — в полном отчаянии закричал Рики — ему больше некого было звать на помощь, а его бизонья гордость бесславно пала в бою.

— На Ясона не надейся, — произнес Рауль полным ледяной ненависти голосом и снова положил лопатку на ягодицы пета, готовясь нанести еще один удар.

— За что… ты так со мной?

— Я велел тебе… держать рот на замке!!

Бац!

Рики снова издал пронзительный вопль, захлебнувшийся в глухих рыданиях — куда только подевалась вся решимость не позволить Раулю увидеть его слезы! Боль была просто немыслимой.

— Пожалуйста, Рауль! — прошептал пет.

Бац!

— Ты что, плохо слышал? Молчи, пока к тебе не обратятся! И будешь называть меня «хозяин Рауль».

«Никакой ты мне не хозяин!» — мысленно возмутился Рики и снова вспомнил Ясона. Внезапно он понял: ему больше никогда не увидеть красавца-блонди.

А ведь он так и не раскрыл Ясону тайну своего сердца… так и не сказал, что любит его и что, несмотря на все свои бунтарские выходки, он, Рики, теперь не стыдится, а даже гордится своим статусом особенного пета Ясона Минка. Он раз за разом восставал против хозяина лишь потому, что злился на самого себя: он досадовал, что ухитрился влюбиться в блонди, который никогда не ответит на его чувства тем же. Монгрел считал, что заслуживает наказания за глупость и слабость, и темная, извращенная часть его натуры жаждала внимания и близости, неразрывно спаянных с жестоким наказанием — ведь самые прочные узы между хозяином и петом возникали как раз тогда, когда Ясон утверждал свою пошатнувшуюся власть и принуждал пета к абсолютному подчинению. Рики задавался вопросом, что сделает хозяин, узнав о его судьбе, после того, как обрушит на Рауля всю силу своего гнева за похищение и порчу его имущества.