Любимая адептка Его Величества. Книга 4

Но…

На исходе четвёртой недели моего заточения, когда тёплая осень окончательно сменилась осенью холодной, а цветы на академических клумбах пожухли, случилось событие, проигнорировать которое было невозможно.

– Я сегодня дерусь, – заявил МикВой, падая рядом со мной за парту и подтягивая сумку с учебниками.

– В смысле? – мои глаза поражённо округлились.

– Бои. Поединки, – пояснил парень. – Я сегодня дебютирую как стихийный маг.

Джим заметно нервничал, а я так и вовсе выпала в осадок. Про участие Ботаника в боях слышала впервые, ничто не предвещало таких новостей.

Первым порывом было отговорить. Но потом я подумала и кивнула.

– Псих знает?

– Он меня и подбил, – прозвучало куда менее удивительное.

М-да, тогда понятно.

– Джим, ты в самом деле этого хочешь?

– Да, Маргарита. Хочу.

После того, как я отдала парням по трети от клада, найденного в подвалах Академии, а Георг объявил о долях от сокровищ Гоэша Ненасытного, которые будут выплачивать постепенно, в течение ближайших тридцати лет, Джим стал гораздо серьёзнее.

Первые несколько дней он вообще находился в каком-то анабиозе, явно переваривая известие о баснословных суммах, а потом ожил, но частично утратил свой «колеблющийся оптимизм».

Возмужал! Окреп! Даже заматерел немного, а теперь – вот. Решился на дебют в нелегальных соревнованиях.

Могла ли я пропустить выступление друга? Ответ очевиден. В итоге, в районе полуночи я стояла под защитным куполом и с удовольствием впитывала атмосферу бесшабашного студенческого веселья.

Нелегальные сходки не являлись чем-то редким, но это всегда был праздник.

За пологом, призванным скрыть нарушителей от преподов и охраны, сверкали огни, звучала музыка, умеренным ручейком лились пиво и вино.

В самый первый раз я немного ошиблась с нарядом, зато сегодня исправилась. Теперь стояла причёсанная, в красивом платье и с лучистой улыбкой на губах. Не хуже других!

Джим пришёл с нами, но быстро откололся – отправился готовиться к выступлению. Я осталась в компании Психа.

Когда на импровизированную арену вышли первые бойцы, у меня дух перехватило.

Старшекурсники. Оба с боевого факультета. Мощные, красивые, с широкими плечами и белозубыми улыбками шалопаев. Я залюбовалась, и тут же удостоилась болезненного тычка в бок:

– Марго, не смотри на них так, – шикнул Псих. – Парни молодые, им ещё жить и жить!"

"Шпилька оказалась неприятной, а намёк на ревность Георга вообще абсурдным. Более того, я разглядывала поединщиков с совершенно другой целью.