Ты выйдешь за меня снова

- А ты что закажешь, проказник?

– Тетри-и-и-ис! - громко закричал брат. - И батарейки к нему не забудь."

"Вечером вся семья собралась во дворе, разглядывая блестящую черную «Волгу», а я разглядывала новые джинсы-клеш, которые были на мне, и серый свитер-травку.

Папа разрешил мне посидеть за рулем новой «Волги», и я тогда заявила:

– Завтра же побегу сдавать на права!

– Ишь, чего удумала! - рассмеялся отец. - Не женское это дело - водить машину!

Когда сели за стол, отец взял маму за руку и объявил новость:

– Меня переводят в Москву!

Картинка сменилась, и я со своей семьей очутилась в пустой, просторной квартире.

– Лида, смотри, что я принес! - с порога воскликнул отец и подал маме небольшую коробку.

Она распечатывала ее так же быстро, как дети распечатывают подарки от Деда Мороза.

– Переносной телефон? - зажав рукой рот, в шоке изрекла мама, и кинулась к отцу на шею. - Коль, он же без провода, да?

– А то! - гордо выпрямился отец. - Можешь теперь хоть на кухне, хоть лежа в ванной по нему разговаривать.

– Пойду Ирке позвоню, - радостно взвизгнула мама. - Скажу, что завтра вместе с ней пойду на выборы.

Картинка сменилась, и я увидела, как по телевизору оглашали результаты выборов президента.

– Смотри, какой молодой этот Владимир, - глядя в экран телика, улыбалась мама. - Думаю, он станет хорошим президентом.

– Поглядим! - буркнул отец и, поднеся к лицу газету, посмотрел на нового президента. - Небось, надолго не задержится на посту.

Получается, весной двухтысячного года, когда были выборы, Нина была жива, и ей было девятнадцать. А умерла она летом двухтысячного, в день собственной свадьбы.

Я родилась осенью двухтысячного.

Значит, ее душа почти сразу после смерти снова пришла в эту жизнь, только уже в моем теле.

Через три недели, в конце сентября, мне исполнится двадцать.

Выходит, я девятнадцать лет ничего не знала о своей прошлой жизни, жила как обычный человек, но сейчас мне зачем-то показали эту жизнь…

Именно сейчас.

Это точно неспроста.

Я обязательно выясню, что от меня хочет душа Нины.

Может, в прошлой жизни она не успела сделать что-то очень важное, и теперь это предстоит сделать мне?

Той ночью, когда мне снились выборы, я как обезумевшая делилась эмоциями с соседками по палате и энергично размахивала руками.

– Он впервые стал президентом в двухтысячном! Я тогда еще жива была. Мне было девятнадцать.