Ты теперь моя

Но в реале трудно поймать момент, когда он будет открыт.

— Что тогда делать?

— Отвлекать.

— То есть?

— Создавать иллюзию, что твоя цель находится ниже, выше, в стороне, — сам не знаю, зачем поясняю ей это. Понятно же, что без надобности Юле все эти нюансы. — Хороший удар должен быть невидимым.

— Хм… Это сложнее, чем я думала, — выдыхает она озадаченно и опускает руки.

— Дело опыта.

— Да ладно? Вот только чемпионами почему-то становятся далеко не все. Значит, дело не только в опыте.

"— Не все выдерживают режим. На самом деле, без разницы, насколько ты силен, уникален и амбициозен. Не будешь соблюдать дисциплину, не научишься держать на привязи своих внутренних демонов — всему этому грош цена. День проваляешься на диване, кто-то другой в этот момент поднимется выше и станет лучше тебя. А наверстать еще тяжелее, чем бить в одну точку, выдерживая постоянное напряжение.

Некоторое время Юля молчит. Рассматривает меня с какой-то особой задумчивостью.

— А ты бы сейчас мог вернуться на ринг? — спрашивает она, вновь поднимая руки. На этот раз, чтобы неторопливо огладить ладонями мои плечи.

— Нет.

— Почему?

Вот ведь детская непосредственность.

— Больше не вижу смысла. Нет былой мотивации.

— Я хочу тебя положить, — выпаливает девчонка, как всегда, именно то, что думает.

— Ты можешь меня положить только в одном случае. Во время секса.

Смущаясь, Юля игнорирует эту ремарку.

— Я знаю тебя уже три месяца, — проговаривает, рисуя пальцем непонятные узоры на моем плече. Сама себя поправляет: — Мы женаты три месяца. Сейчас у нас перемирие. Но впереди еще столько всего… Целая жизнь… — слушаю скорее по инерции, не придавая ее болтовне какого-то особого значения. — Если я тебя когда-нибудь положу, ты не обидишься? — приподнимаясь на носочки, заглядывает мне в глаза.

Глава 28

Платье новое я сшила, платье белое…

И была я в платье глупая и смелая.

© Татьяна Маркова «Платье белое»

Юля

Последние дни ноября сдают позиции грядущей зиме и ознаменовываются первым снегом. Да таким красивым, кружевным, лапатым. Собирать лицом и руками — сплошное удовольствие. Со смехом кружусь во дворе после занятий, не спеша входить в дом.