Клин клином

Но незачем водружать ношу ненужной ответственности на плечи другого человека.

Катя и Денис одновременно вздрагивают, когда плита резко принимается шипеть. Булькающий кисель расплескивается через края кастрюли. Катя быстро выключает конфорку и возвращается к тесту. Денис старается быть участливым, несмотря на общую ситуацию. Никто больше не заикается об этом неприятном эпизоде. Катя ведет себя ненавязчиво, интерес Дениса к готовке (пусть и натянутый) ее радует.

– Елена Ануровна – это твоя знакомая? – Должен же Денис знать, ради кого так старается.

– Мы когда-то работали вместе. Хорошая женщина.

– Катюша. – Денис улыбается. – Вот о ком ни спроси, все у тебя хорошие. Даже печально известный в ваших местах Мурат у тебя особенный мальчик.

Она отвечает с укором:

– Кто-то уже насплетничал, да? Только в гостях не вздумай ляпнуть.

Денис мгновенно тушуется:

– Да я краем уха слышал. И не дурак я. Все понимаю.

– Ничего ты не понимаешь, глупый. При Елене лишнего не болтай, поздоровайся, пожелай скорого выздоровления и уходи. Договорились?

– Так точно. – Денис подмигивает в ответ, но выходит по-смешному нелепо. Катя тихонько смеется и щиплет его за ребра. – Скажи, а эта Елена… она вообще кто?

– Елена Ануровна Котова когда-то преподавала в садике танцы. Она мама Мурата.

Вот же черт.

Мила

Он глубоко дышит влажным после дождя воздухом, двигаясь по мокрому асфальту на соседнюю улицу.

Денис чувствует под ребрами нарастающий страх – а вдруг Мурат не на работе? Ведь придется снова смотреть в эти острые, прошивающие насквозь глаза. Совершенно точно, что разговор с ним приведет к тому, что самооценка Дениса быстро просядет под тяжестью язвительности. Идея подружиться с Муратом уже не кажется такой заманчивой, как прежде. После этой штормовой ночи Котов перестал быть для Дениса таинственным недотрогой.

Он понятия не имеет, о чем будет говорить с матерью Мурата, когда вручит ей гостинцы.

Дальше по дороге – уютный парк с парой дюжин пышных деревьев и кустарников.