Ты снова станешь моей

- Да иди ты, не стану я о таком думать. И вообще, не каркай мне тут.

Демьян больше не напирает и не развивает тему.

Следующие минут десять мы едем в полном молчании.

...

Демьян сидит, откинувшись на сиденье и, кажется, даже задремал. Или это скорость на него так действует? Убаюкивающе.

- Где ты училась водить? – спрашивает у меня, первым нарушая тишину, все также не открывая глаз.

Дзен что ли он там ловит?

- Хорошо, да? - радуюсь я, довольная, что все же заметил, а не пропустил мимо.

- Неплохо, - соглашается.

И я почти готова его расцеловать.

- Так где училась? - напоминает о вопросе.

- У одного моего знакомого была машина и он меня научил. Точнее, просто разрешал ее брать.

- Он был твоим парнем?

- Можно и так сказать.

- Расплачивалась натурой?

Вот же гад!

- Знаешь, я, пожалуй, тебя сейчас высажу, - говорю я.

- Из моей же тачки?

Демьян открывает глаза, соизволив, наконец, взглянуть на меня, и приподнимает брови.

- Потому что ты только в одном направлении умеешь думать, - объясняю свою позицию.

- Да ладно, что я такого сказал? - и тут же без перехода. - Почему вы расстались?

- Я не спала с ним, если тебе так интересно.

- А, тогда понятно, почему.

- Иди ты, - снова тянет послать поживописнее, но я сдерживаюсь, потому что в принципе не очень люблю выражаться.

- Не собираюсь обсуждать с тобой эту тему.

...

Темнеет и я, время от времени, пока нет встречных машин, переключаюсь на дальний свет.

Поворот возникает неожиданно. Еще секунду назад мы были на дороге одни, и вот уже в глаза оглушающе бьет желто-белый свет, и он несется не по своей полосе прямо на нас.

Я резко выкручиваю руль и встречный автомобиль проскальзывает в каких-то сантиметрах от машины Демьяна. Просто чудом не задев нас и везет, что на дороге практически нету машин.

Хочу выдохнуть с облегчением, но тут на дорогу и чуть не под колеса выскакивает мужчина, одетый в какие-то лохмотья. Но и бомжа мне не хотелось бы сбить, какая разница кого.

Легкие и область вокруг сердца зажимает, а Демьян быстро перехватывает руль.

"- Тормози. Тормози, Ви, мать твою, - орет он и я, собравшись, механически выполняю его команду.

Опасность миновала, но ехать дальше и лихачить нет больше совершенно никакого желания.

После такого весь мой задор сдувается, словно проколотый воздушный шар.

Только что пережитый стресс дает о себе знать дрожью в конечностях и абсолютным нежеланием продолжать хоть какое-то веселье на дороге.