Ты снова станешь моей

Когда он приобнял и увел меня на кухню, а потом сделал мне чай с молоком, каким-то образом запомнив, что я кормящая мать, я реально чуть не прослезилась.

Всего лишь немного внимания, участия и дружеской поддержки, и меня начало развозить.

Несколько простых действий, и я вновь почувствовала себя человеком. Важной и уважаемой личностью. То, чего мне так не доставало за все время общения с его жестким и помешанном только на утверждении собственной значимости братцем.

Вот так незримо, но очень сильно Гордей меня поддержал, а когда ушел.

Я подумала...Жаль, что мы с ним оба уже глубоко и безнадежно влюблены...

Я вздохнула, нашла аптечку и направилась на веранду, потому что до одури испугалась за ненормального, отвязного идиота. Руки чуть-чуть еще дрожали, потому что меня не отпустило до конца.

Когда я устроилась между колен Демьяна и принялась обрабатывать его раны, я, конечно же отдавала себе отчет, к чему это может привести.

Я видела, как его распирает от похоти. Это сквозило в его словах, в его каждом, даже мельком брошенном на меня взгляде.

Когда его ладони легли на мои ягодицы, я позволила и приказала себе расслабиться.

Я понимала…

Если он сейчас не выпустит пар, он просто-напросто начнет сносить все вокруг. И мы с Игорьком, которого теперь, благодаря дурацкой подставе, он не считает своим сыном, будем первыми на очереди, на кого обрушится весь этот бурлящий внутри него и не находящий выхода разрушающий темный огонь.

Признаюсь, захотеть его с той же силой, что и он хочет меня, оказалось совсем не сложно, особенно после осознания, что он дрался из-за меня с друзьями.

Просто…этого ему было мало. Ему хотелось полного обладания мной. Такого, чтобы ему принадлежало не одно лишь мое тело. Чтобы с моей стороны шла не только ответная страсть, но и… признания, что он лучший, что я не могу, что с ума схожу без него.

Вот чего он хотел, и чего я ни разу, с самого момента нашей встречи ни разу не давала ему ощутить.

Но сейчас…Сейчас я отпускаю тормоза и позволяю реальным чувствам захлестнуть на короткий миг. Даю ему прочувствовать, как сильно, невыносимо болезненно страдала все эти долгие месяцы разлуки. Что вспоминала и что, вопреки всему, думала и жаждала, снова оказаться в его постели больше всего на свете.

Говорю совсем другое.