Твоя на 7 ночей

Заставляет часто дышать, едва справляясь.

– Эрик.

– Тише, Мио, я просто хочу тебя поцеловать. Не мешай мне знакомиться с прекрасной частью тебя.

– Прекрасн… - глотаю слова, когда дыхание мужчины касается моего лона. – Прекрасно частью, да?

– Одной из. На твою шею у меня тоже стоит. Я дам тебе потом прочувствовать, насколько сильно. А пока – тебе разрешено только стонать.

Собираюсь возмутиться, но это кажется невыполнимой задачей. Когда язык мужчины проходится между ног – какие там слова. Тут лишь бы не забыть, что сердце не должно выбивать грудную клетку.

У меня всё завязывается узелками, покрывает кровосток. Есть только хриплое дыхание и онемение во всем теле. Когда чувствует только один участок. Тот, где касается мужчина.

Его губы втягивают мой клитор, касается языком. Ласкается, втягивает, прикусывает, а после коротко дует. Быстро, стремительно. не давая отдохнуть. От сплошных контрастов меня кроет.

Нежно и ласково, жестко и с оттенком боли. Я кричу и забываюсь, я растворяюсь в этом.

– Эрик… Эрик! Я…

– Что такое, детка? – он смотрит на меня снизу вверх, губы блестят от моей смазки. Это так порочно, особенно, когда мужчина проходит языком по губам, слизывает мою влагу. – Хочешь о чём-то попросить?

– Нет… Я…

– Тогда получай удовольствие.

Но это удовольствие убивает меня! Прижигает клеточки, отравляет кровь. Мне нечем дышать, не за что ухватиться. Я полностью принадлежу Эрику в эту секунду.

От и до.

Его.

Вся без остатка.

А мужчина этим пользуется. Сжимает ладонями мои ягодицы, мнёт их, до искр перед глазами. До того чувства эйфории, когда его язык на лоне кажется спасительным.

– Хочу тебя! – выпаливаю, когда пальцы толкаются в меня. – Пожалуйста, я не… Хочу.

– Меня?

– Да.

– Это похвально, - поцелуй на лобке и выше, пачкая всё моей собственной смазкой. – Но как?

– В… В себе. Хочу тебя в себе.

– Я ведь уже, Мио. Ну же, ты умница. Попроси меня правильно.

Не могу. То, что требует мужчина, это за гранью всего, что я себе когда-либо представляла. Острее и сильнее, на изломе. Словно он треубует отпустить всю себя, а я… Боюсь этого.

Не могу.

Нет.

Чувствую жгучие укусы на бедре, короткие, приободряющие. Эрик гладит пальцами мою дырочку, прекращая двигаться. Скользит дальше, обводя кольцо плотно сжатых мышц.

– Моя умница, - нахваливает, пока я умираю от ощущений. Словно вены лопаются и кровь обижает всё.