Цирк проклятых

Я села напротив него спиной к стене.

– Итак, что вы знаете об Алехандро?

Он смотрел на меня со странным выражением лица.

– Так что?"

"– Расскажите мне все, что было прошлой ночью, ma petite, все об Алехандро.

Это, на мой вкус, слишком отдавало приказом, но что-то было такое в его глазах, в лице. Напряжение, чуть ли не страх. А это глупо. Чего может Жан-Клод бояться со стороны Алехандро? Да, чего? И я рассказала ему все, что помнила.

Лицо его было непроницаемо, красиво и нереально, как на картине. Цвета в нем остались, но жизнь, движение ушли.

– Что вы задумали?

– Стереть кровь с вашей щеки. Ничего больше.

– Я так не думаю.

Он вздохнул, еле слышно, но этот вздох ветерком пробежал у меня по коже.

– Вы так мне все усложняете.

– Рада, что вы это заметили.

– Мне необходимо вас коснуться, ma petite. Кажется, Алехандро что-то с вами сделал.

– Что?

Он покачал головой:

– Нечто невозможное.

– Давайте без загадок, Жан-Клод!

– Кажется, он вас отметил.

– Что вы говорите? – вытаращилась я на него.

– Отметил вас, Анита Блейк, отметил первой меткой, точно как я когда-то.

Я покачала головой:

– Это невозможно. Два вампира не могут иметь одного и того же слугу-человека.

– Именно так, – подтвердил он. И придвинулся ко мне. – Позвольте мне проверить мое предположение, ma petite. Прошу вас.

– Что означает эта проверка?

Он что-то тихо и резко сказал по-французски.

– Уже рассвело, и я устал. Из-за ваших вопросов простые вещи растягиваются на весь проклятый день.

В его голосе звучала неподдельная злость, но под ней слышалась усталость и тень страха. И этот страх меня испугал. Ему полагалось бы быть неуязвимым монстром, а монстры других монстров не боятся.

Я вздохнула. Может, лучше быстро это перетерпеть, как укол? Может быть.

– Ладно, ради экономии времени. Только скажите мне, чего ожидать.

– Я должен вас коснуться и поискать сначала свои метки, а потом его. Вы не должны были так легко поддаться его глазам. Этого не могло быть.

– Давайте с этим закончим, – сказала я.

– Неужто мое прикосновение так отвратительно, что вы должны к нему готовиться, как к боли?

Поскольку именно это я сейчас и делала, я не знала, что ответить.

– Да делайте же, Жан-Клод, пока я не передумала!

Он снова вложил себе палец между губ.