Тропиканка. Книга 1

Дави стал оправдываться, что, видимо, не совсем точно выразился, а Самюэль, Серена и Кассиану на все лады уговаривали Рамиру не упрямиться и принять чек. Наконец он сдался, сказав, что вместе с Дави поедет в город обналичивать чек.

— Я была несправедлива к Летисии, — сказала Серена. — По-моему, она в этой ситуации повела себя очень достойно.

Глава 32

Теперь, когда доски для баркаса были куплены, Кассиану вдруг понял, что не может строить его просто так, по наитию, и обратился за помощью к Самюэлю.

— Отец сказал, что вы можете сделать хороший чертеж.

— Кассиану, — прервал его Самюэль, — если ты хочешь сладить действительно замечательный баркас, то тебе надо обратиться к старику Кливеру. Он в таких делах — непревзойденный мастер.

— Но он же выжил из ума, — возразил Кассиану.

— Нет, ты не прав. Этот морской волк и сейчас еще может заткнуть за пояс любого из нас.

— Да, он тут недавно давал интервью Адреалине, — поддержала отца Далила, — так очень интересно и складно все рассказывал.

— Откуда ты все это узнала? — встревожился Самюэль.

— Как откуда? Я ж говорю: из газеты.

— У тебя есть эта газета? Неси ее сюда!

— Вот что, ребята, — сказал Самюэль, получив так заинтересовавшую его газету, — я завтра же схожу к старику Кливеру, а сейчас не мешайте мне читать.

Вечером он удивил домашних, заявив, что спать ложиться не будет — хочет посидеть один и набросать кое-какие эскизы для Кассиану.

— Ты уже что-нибудь изобразил? — спросила она, войдя. — Можно посмотреть?

Отец, застигнутый врасплох, прикрыл руками бумаги, лежавшие перед ним на столе, но Далила успела заметить, что это вовсе не эскизы, а какие-то пожелтевшие от времени документы.

— Что это? Свидетельство о рождении? Ой, как интересно! Ты достал его из своего заветного сундучка?

— Да, — вынужден был признаться Самюэль. — Только тебе незачем это смотреть. Понимаешь, здесь лежат чужие бумаги, не мои.

— Я сразу догадалась, что в этом сундучке кроется тайна! — воскликнула Далила. — Как только ты не захотел открывать его при мне. Но почему, папа, ты скрытничал?

— Именно потому, что это чужая, да еще и не совсем разгаданная тайна.