Тропиканка. Книга 1

Чего ей стоило вымолить у Асусены прощение за дурацкое поведение Витора и убедить ее, что сама она тут ни при чем. Сейчас ей очень хотелось позлить брата.

— Прекрасно поживает твоя киска — выходит замуж. Уже и платье подвенечное готово. Как она хороша в нем, если бы ты видел!

В первую минуту Витор поверил и даже переменился в лице. Но тут же догадался, что сестра смеется над ним, и с облегчением вздохнул:

— Ты меня хочешь завести, противная девчонка! Сейчас я тебя отшлепаю!

И Витор ринулся к ней с намерением выполнить свою угрозу.

Брат часто поколачивал ее в детстве, и весьма больно, поэтому Аманда тут же взмолилась о пощаде. Да, она наврала. Асусена не выходит замуж, а сердечко ее, как видно, принадлежит только этому чудовищу, крокодилу — Витору.

— То-то же! — сразу успокоился Витор. — Передай ей, что скоро я ее навещу, как только разберусь с делами и найду свободное время. И никто не помешает мне видеться с ней, даже ее сумасшедший брат. Но сначала, Аманда, мне нужно позаботиться о нашем благополучии, а то мы с тобой скоро пойдем по миру.

Аманда долго не могла опомниться от изумления: Витор собирается заняться делами! Такого лентяя еще поискать. В университете он учился кое-как. Но брат снисходительно объяснил ей, что в университете была теория, а сейчас начинается практика. Это совсем другое: практика его чрезвычайно увлекает.

— К тому же я понял, Аманда, что компания в руках профанов. Сеньора Летисия нас скоро разорит, если не отстранить ее от дел. Дед занят только футболом и женщинами.

Хочу я или не хочу, но мне придется завтра же с утра брать бразды правления в свои руки.

Аманда ни на минуту не сомневалась, что ее самоуверенный братец преувеличивает. И пыл его к работе продлится недолго, угасая понемногу с каждым днем. Но тем не менее она обещала молчать как рыба об их странном разговоре.

* * *"

"Уже несколько дней Франсуа жил в своем доме в полном одиночестве, наслаждался покоем и много работал. Франшику и покой — вещи несовместимые, а без покоя к Франсуа не приходило вдохновение.

Только теперь Франсуа осознал, что его приятель-фантазер мешал не только его личной жизни, но и творчеству. Он был бы вполне счастлив, если бы не враждебное молчание Летисии. С того вечера, как он пробовал поучать ее, она не появлялась и не давала о себе знать. Каждый день Франсуа ездил в город, чтобы позвонить ей домой или в офис. Сконфуженная Нейде отвечала, что ее нет дома, а секретарша — что сеньора Летисия занята. Она просто не желала с ним говорить.