Трофей для Зверя (СИ)

Проклятье! Сколько времени?!

— Скажи, что уже иду, — с этими словами она захлопнула дверь перед девчонкой и бросила отчаянный взгляд на стену. Стрелки на маленьких потертых часах равнодушно переползли через отметку девять.

Проспала! Впервые за время службы она проспала! Из-за кхассера!

— Встал, живо! Минута на сборы, — Мел рывком стащила с него тонкое одеяло. Идеальная нагота снова бросилась в глаза, моментально откидывая в воспоминания о сегодняшней ночи, но сейчас Мелене было не до этого. Убедившись, что мрачный андракиец исполняет ее приказ и поднимается с кровати, она ураганом залетела в купальню по-походному быстро облачилась в темные одежды и выскочила обратно.

Маэс уже был готов. Стоял, заправив руки в карманы и угрюмо смотрел на свои цепи, притаившиеся хищными змеями в углу.

— Идем! — приказала Мел. Он безропотно подчинился, но так на нее и не взглянул.

Это задело. Острыми клыками полоснуло по женскому самолюбию. Как и осознание того, что он жалел о произошедшем. Ни слова не было сказано об этом, но Мелена так явно чувствовала его сожаление, что было сложно дышать.

— Давай живее! — сердито буркнула, хотя он шел, не отставая от нее ни на шаг, — королю не терпится снова покопаться в твоей голове.

Глава 7

Очередная встреча с магистром воспоминаний ничего не принесла. Результаты были прежними. В Милрадию кхассер пожаловал один, на своих двоих перешел через Сторожевую Гряду, и вообще он был не особо ценным обитателем Андера. Рядовой воин, на подхвате. И сколько бы Рамэй не бился, ничего полезного из воспоминаний кхассера извлечь не удавалось.

— Ну и уроды, — магистр Воспоминаний брезгливо сморщился, — жуть.

— Надеюсь, они вырвутся на поверхность и сокрушат все, что есть в Андракисе, — зло выплюнул король, — поглотят и летающих гадов, и их предводителя.

Мел в этот момент думала о том, что будет, если монстры прорвутся на эту сторону. Справятся ли ее люди с потоком такой мерзости, и сможет ли Морт вместе с остальными учеными придумать, какое-нибудь оружие или защиту.

— Все! Больше нельзя. — Коротко произнес Рамэй, заметив, как голова кхассера обессиленно опустилась на грудь, — спалим.

— Он все равно ничего не знает.