Трофей для Зверя (СИ)

Все семь кланов были собраны, граница, не пускающая кхассеров в Милрадию, разрушена и на ее месте возведена новая, не позволяющая валленам пробиться на поверхность, но не мешающая тем, кто шел верхом. Кхассеры получили свободный доступ к аракиту, в котором крылась их сила, а клан рысей, благодаря маленькой Эссе надежду на восстановление. А сам император нашёл свою пару в той, которую раньше считал непримиримым врагом.

По команде Маэса их отряд приземлился посреди снежного плато, окруженного мрачными пиками, похожими на драконьи зубы.

— Ждем здесь.

Он чувствовал приближение своего Сеп-Хатти, и когда тот с устрашающим ревом сорвался с заснеженных вершин, встретил его с улыбкой, как старого знакомого.

Ураган, такой же жесткий, как и его побратим, без лишних движений подхватил их группу и понес ее через Драконьи Скалы к переходам в Андракис. В кружащиеся грозовой мгле, Мел не могла ничего разобрать, но чувствовала, как император крепко сжимает ее ладонь, и слышала, как шаловливая Эсса громко и восторженно смеется.

Самой Мелене было не до смеха. Она облегченно выдохнула только когда оказалась на твердой земле

— Все на месте?

Убедившись в том, что никого не потерял, Маэс направился к мерцающему зеркалу перехода, а все остальные вереницей двинулись за ним. И если андракийцы откровенно радовались скорому возвращению домой, то Мел, наоборот, с каждым шагом робела все больше и больше. И перед самым порталом остановилась.

— Давай, — подбодрил Маэс, — Андракис ждет тебя.

Мимо них с довольным урчанием пронеслась маленькая рысь и в широком прыжке залетела в переход.

Мел напряженно взглянула на мужчину, потом кивнула и, задержав дыхание, шагнула внутрь мерцающего марево.

В тот же миг ее мир перевернулся. Она вдруг обнаружила себя на залитой солнцем поляне среди высоких берез. Над головами суетливо метались разноцветные стрекозы, и Эсса, оставшись в зверином обличии, ту же принялась за охоту.

— Уфф, наконец-то дома, — сказал один из воинов.

— Жара-то какая.

Все начали раздеваться. Сворачивали тяжелые плащи, снимали подбитые мехом куртки и меховые чуни, расстегивали намокшие рубахи.

И только Мел стояла, озираясь по сторонам и не понимая, как такое возможно. Только что вокруг не было ничего кроме снега и гор, а теперь солнце и треск кузнечиков.

— Что замерла? — усмехнулся император, — раздевайся.

— Здесь так…странно.