Тринадцатый IV

Мы, стоящие в стороне, и без того много внимания привлекали.

Я ушёл под пристальным взглядом генерала. Его не устраивало, что подобные решения принимались без его ведома. Ну, тогда бы сам придумал план получше…

Я принял душ и спустился на завтрак. Но только вошёл в столовую, как поймал на себе пристальные взгляды. Быстро набрал на поднос еды, два компота. Всем видом показывал, что не собираюсь отвечать на вопросы. И на несколько минут этого хватило, пока я не присел за столик к друзьям.

— Лёх, ты когда собирался нам рассказать? — предъявил мне Костя.

— Вот сегодня и собирался, — ответил я, стараясь сохранять спокойствие.

Последствия произошедшего были мне хорошо известны, поэтому не мог не переживать. В течение нескольких дней и узнаю по какому сценарию дальше пойдут события. Ох, представляю, как сейчас офигевают семейные юристы.

Всё, что я провернул, стало возможно лишь из-за денег и статуса, которые мне достались в наследство. Как и хотел отец, я направил их на благое дело.

— Лёш, расскажи, как ты приручил регата.

— Кого ищешь?

— Громова. Он мне почему-то больше не писал. А утром отец прислал сообщение, что помолвка разорвана, — улыбнулась девушка.

Так, значит, смерть Громова решили замять. Скорее всего, скоро пойдёт слух, что он перевёлся в другое училище по семейным обстоятельствам. Либо СБ училища придумала что-то другое.

— Хм, может, с каникул опоздал, — пожал я плечами.

— Оно и к лучшему. Так расскажешь?

Друзья принялись меня уговаривать, а я не смог отказать.

— Лёх, ну ты даёшь! — протянул Серёга. — Вон, новость уже в глобале появилась.

— Это ненадолго, — хмыкнул я, поскольку прекрасно знал, как у нас работает цензура.

— Можно, мы первыми познакомимся с мальком? — Дина умоляюще посмотрела на меня.

— Конечно. Сегодня после уроков подходите к входу в подвал.

— Дин, я тебя не пущу. Вдруг Лёха где-то ошибся, и регат опасен, — начал Виталик старую песню.

— Он безобидный. А иначе думаешь, ему бы разрешили продолжить жить?

— Логично. Но всё равно…

— Виталь, ну давай, хоть сейчас без своей заботы! — возразила его сестра. — Мне она уже осточертела!

Видимо, это была последняя капля, и её прорвало. Виталик такого не ожидал, поэтому завис с открытым ртом, так и откусив кусок эклера.