Тринадцатая невеста

– Добрый день, лерд Мартин. Наместник один?

– Нет, лерды, у него лерд Эликс. Лерд Эрман предупредил, что они ожидают вас. Прошу. – Он подошел к двери и открыл ее.

Я тихой тенью шла за Адриэном и Рэмиром, а Норра выступала рядом такой же тенью, но уже моей. Вошли, остановились. Я тут же принялась осматриваться. Просторный кабинет с большим письменным столом из дерева медового цвета у стены, рядом кресло для посетителей, окно с бархатными бежевыми портьерами, два дивана, три кресла, журнальный столик перед ними. Стены обтянуты светлым же плотным шелком.

Лерд Эрман сидел за письменным столом и внимательно наблюдал за мной, вертящей головой по сторонам, а Эликс обнаружился в одном из кресел.

– Рэмир, Адриэн, лирра Лилия, – кивнул наместник.

– Здравствуй, дядя, – почти хором ответили мои спутники, а я молча, как смогла, сделала пародию на книксен.

– Ну проходите. – Лерд Эрман кивнул нам на диван.

Сам он тоже встал и переместился в одно из кресел, стоящих рядом. А Эликс, ни говоря ни слова, приподнялся и чуть поклонился, когда я подошла. Брр. Я поежилась под его взглядом, и он улыбнулся более явно.

– Рассказывайте, лирра Лилия, – заговорил Эликс, а наместник только кивнул.

– Что? – пискнула я под его взглядом.

– О слежке, как вы ее почувствовали, что происходило. Чувствуете ли вы ее сейчас?

И я рассказала. Покосилась на Адриэна и под его одобрительный кивок добавила, что, вероятно, это некая Тень. И что я почувствовала слежку только потому, что у меня способности медиума. Пока я рассказывала, мужчины переглядывались.

– Умненькая девочка, – кивнул в итоге Эликс. – Я рад, что не ошибся в вас, – снова улыбнулся он. – Продолжайте в том же духе. Вы ничего не знаете, ничего не помните.

– Эликс… – Адриэн поморщился от этой снисходительной интонации. – Ты бы как-то следил за своими словами. Лили – моя невеста.

– А я и не против. Мне нравится лирра Лилия, о чем я ей уже сообщал. – Эликс хмыкнул и переглянулся с отцом. – Так, ладно. Вопрос по поводу ригата, которого вы выбрали. – Он кивнул на Норру, которая сразу напряглась. – Почему ее? Нет, выбор, конечно, хорош, я не спорю.