Тридцать дней, тридцать ночей

Тот увидел в глазах своего отца застарелую боль и понял, что он не лжет.

— Сынок, я много лет прокручивал в уме события тех дней. Думал, что я мог бы сделать, чтобы предотвратить трагедию. Так легко мучать себя всеми этими «если бы», когда ничего уже нельзя исправить. Каждый из нас — сумма выборов, которые он делает на своем жизненном пути.

Теперь Дуарте по-новому взглянул на картины Дали со стекающими часами и понял, почему его отец выбрал именно их для своей спальни.

— Твоя Кейт совершила ошибку, поверив в то, что ты ее предал.

Дуарте всегда считал себя человеком действия, однако, когда речь шла о Кейт, он колебался. Была причиной боль, связанная с потерей матери, или гордость — он не знал. Но, слушая, как тикают отцовские часы, он понял, что не должен позволять Кейт уйти из его жизни.

Ему тут же пришла в голову идея, как одновременно проучить Гарольда Хока и показать Кейт, что он в нее верит.

— Спасибо тебе, папа. — Он пожал отцу руку, благодарный за то, что тот его вразумил.

Кутаясь в шарф, чтобы защититься от холодного январского ветра, Кейт шла по заснеженному тротуару к зданию из красного кирпича, в котором находилась редакция «Глобал интрудер».

Она нисколько не сомневалась в правильности своего решения. Если ей придется всю оставшуюся жизнь фотографировать туристов, пусть будет так. Она нашла дневную школу для Дженнифер. Ее сестра теперь живет вместе с ней.

Остановившись, Кейт потрогала браслет с бусинами, прикрепленный к замочку молнии на своей сумке. Тот самый, что совсем недавно носила на ноге.

У нее не будет Дуарте, зато она вернет уважение к самой себе.

При мысли о нем сердце пронзила боль, которая никак не проходила, несмотря на то что она две ночи подряд проплакала в подушку.

За спиной у нее послышался шум мотора, и она дальше отошла от края шоссе, чтобы машина ее не обрызгала.

Она оглянулась в тот самый момент, когда рядом остановился красный старинный «ягуар» с тонированными стеклами.

Из машины вышел Дуарте и посмотрел на Кейт поверх крыши. Она не видела его глаз за стеклами темных очков, но его фигура выражала решимость.

Поправив ремень сумки, Кейт подошла к машине с другой стороны:

— Зачем ты здесь?

— Дженнифер сказала мне по телефону, что ты отправилась сюда.

— Ненадолго.