Тридцать дней, тридцать ночей

Рамон и его супруга находились в нескольких футах от входа. Владелец фармацевтической империи приветливо улыбнулся ему и потянулся к микрофону.

— Дамы и господа, — начал он, чтобы привлечь внимание гостей.

Некоторые из них все еще сидели за столиками и наслаждались кулинарными шедеврами. Большинство стояло у сцены, ожидая возвращения оркестра.

— Разрешите поприветствовать особого гостя, который великодушно почтил нас своим присутствием, — продолжил Рамон. — Итак, встречайте. Принц Дуарте Медина. Прошу любить и жаловать.

За этим последовали аплодисменты, ропот изумления и одобрительные возгласы захмелевших гостей. В такие минуты Дуарте понимал желание своего отца жить в полной изоляции.

Когда шум стих, Рамон снова поднес микрофон к губам:

— Позвольте также представить его прекрасную спутницу на этот вечер.

Поравнявшись с ним, Дуарте взял у него микрофон и непринужденно произнес в него:"

"— Надеюсь, что вы все будете рады отметить сегодня вечером вместе со мной еще одно счастливое событие.

Подняв ее левую руку, он поцеловал ее, продемонстрировав собравшимся кольцо. Их ослепили вспышки фотокамер. Кейт правильно сделала, позвонив сестре. В течение часа их фотографии появятся в Интернете. Именно этого он и добивался.

Гости поздравляли их, перекрикивая друг друга, журналисты задавали вопросы. Кейт молча улыбалась. Умная женщина. Знает, что любое неосторожно сказанное слово может все испортить.

— Желаем счастья!

— Как вы позн…

— Неудивительно, что он бросил Челси.

— Вы оба должны приехать к нам в…

— Почему мы до сих пор ничего о ней не слышали?

Дуарте решил, что последний вопрос заслуживает ответа.

— Зачем мне было подвергать Кейт нападкам прессы до тех пор, пока я не убедил ее выйти за меня замуж?

Это было встречено добродушным смехом, но лица большинства собравшихся по-прежнему выражали любопытство. Он должен его удовлетворить и знает, как этого добиться.

Он сделает то, о чем мечтал с того момента, как соблазнительное тело Кейт прижалось к нему на балконе.

Не выпуская ее левой руки, он взял правую и положил себе на грудь. Ее пульс под его большим пальцем участился, зрачки расширились. Несмотря на то что ее к нему влечет, она его ненавидит. Впрочем, и он не испытывает к ней особой симпатии после того, чему она подвергла его семью.

Но ни один из них уже не может повернуть назад.

Он встретился с ней взглядом.