Одинаковые. Том 2. Гимназисты

С учетом средней зарплаты рабочего от 3 до 5 рублей это была для Прасковьи очень хорошая сумма, способная сильно поддержат ее семью, поэтому она с радостью согласилась, да и к ребенку относилась с материнской заботой.

Алена, все прекрасно понимала и не возражала. Единственное, что мы потребовали, это навещать ребенка инкогнито, чтобы ее не могли опознать сторонние наблюдатели. Мы же не знаем пока намерений Вельского, и насколько длинные у того руки. Надо разобраться с этим вопросом, подумал я."

"Как-то незаметно между заботой об Алене и Ванечке, и продолжающимися занятиями под руководством студента, мы прошли положенные испытания за первый год учебы в гимназии.

Внесли плату за второй, все те же 87 рублей, и продолжили подготовку, впрочем не слишком усложнилась программа, поэтому пока ни капли не переживал, да и преподаватели, что проверяли наши знания, как ни старались нас потопить каверзными вопросами, так и не смогли застигнуть врасплох, и похоже мал по малу меняли свое отношение, к таким необычным гимназистам, намерившимся прыгнуть сразу в шестой класс.

Вот и разрешился, хоть и временно вопрос по найденышу, а Алена, которая на базаре смогла прикупить необходимый минимум вещей, преобразилась и уже во всю взялась за наше нехитрое хозяйство. Разнообразие блюд на нашем столе сразу расширилось, а все вещи лежали в чистом виде и на выделенных местах. Что уж говорить, не хватало нам в нашей берлоге женского пригляда.

Жизнь текла своим чередом. Регулярные утренние тренировки, с равномерным повышением нагрузок, занятия с Олегом Расторгуевым, прогулки по столице, все это вошло в какой-то спокойный размеренный цикл, что даже стал забывать, как адреналин еще недавно щекотал наши нервы на регулярной основе, во время путешествия через всю нашу необъятную Родину.

Вернулись, как обычно с тренировки, промокшие от пота и валяния в снегу, мы стали переодеваться, а Аленка, подхватив нашу тренировочную одежду и белье, собиралась затеять стирку. И вот только мы успели накинуть на себя свежие рубахи, да просторные домашние штаны, что Кузьмич прикупил во время похода на базар, в дверь постучались.

Я было подумал, что это Олег сегодня раньше освободился и намерился начать занятия.

— Олежка, Олежка! — подходил Никита, ворча под нос к двери. — Вот не дашь ты нам продохнуть ни минуты.

Отворилась дверь, и стоящий за ней одним резким движением толкнул ее внутрь помещения. Никита стоявший рядом получил удар углом двери в плечо, и болезненно скривился.