Одинаковые. Том 2. Гимназисты

Немного отклонив в сторону баронессу Майнер, что все время диалога вынужден был придерживать, дабы она не завалилась на Остера, я прикинул: ведь эта тварь может знать о Хмуром информацию, которую мне сейчас необходимо найти. То, что я дал задание шпане — это всё точно провальная схема. И они явно не выведут меня на того в конечном счете.

— Слушай, — сказал я полицейскому, — У тебя есть шанс уйти из этой жизни легко. В любом случае такую тварь как ты живых мы не оставим. Видели, сколько девочек заморили эти ублюдки, и ты косвенно, но в этом виноват.

Поэтому извини. Хочешь быстро умереть?

У полицейского задергались скулы, он начал тихо выть, голосом умирающего. Конечно, он не хотел и жутко боялся смерти, но я спросил:

— Похоже, хочешь помучаться перед смертью, так же как мучились те девочки, которых ты не захотел и даже не попробовал защитить? Ну решай!

— Или поговорим? —сказал я приставу.

— Спрашивайте, — заикаясь, вновь стал говорить тот.

— Мне нужна информация о таком криминальном авторитете, как Хмурый.

— Ты что-то знаешь о нём? —спросил я его.

— Знаю. — скулящим голосом ответил тот.

— Где он живёт? Где его Малина? Кто его подельники? Всё, всё, что ты знаешь — выкладывай, собака. — зло прошипел я, глядя тому прямо в глаза.

В итоге участковый пристав выложил всю имеющуюся у него информацию: адреса, где Хмурый собирается со своими подельниками, дал несколько раскладов по его деятельности в городе. На самом деле, этот индивидуум давно уже обосновался в Санкт-Петербурге и наводил шорох по всей округе.

Даже умудрялся крышевать некоторых предпринимателей, особо мелких, у которых не было иной защиты кроме самих себя. Как оказалось, наш Остер Карл Иванович уже раз пять отпускал его подельников, замешанных в грязных делах за мзду малую. В том числе он был в курсе деятельности Хмурого, что связана с вымогательством — это, к слову, про ту историю, из которой мы вытащили Гудкова.

Не стали больше истязать участкового пристава, и после того, как он выдал весь расклад на Хмурова, Лёха прислонил ствол револьвера к его голове и выпустил пулю.

Пристав лишь успел всхлипнуть и осел в ванной полностью. После этого я отпустил баронессу Майнер, которую до сих пор вынужден был придерживать, и она, всё ещё не пришедшая в сознание, легла на жирное безжизненное тело. Подумал, что, конечно, было бы неплохо ее снять, но как разъединить этот бутерброд, я понятия не имел, поэтому оставили с Лешей все как есть и вышли из дома.